Ваш браузер не поддерживается. Кофе фанфик


Coffee — фанфик по фэндому «One Direction»

♡ ♡ ♡

Тишину разрезала мерзкая трель будильника, и Луи зажмурился, рукой пытаясь нашарить злосчастный раздражитель его сладкого сна.

Итак, понедельник, восемь часов утра. Здравствуй, новая неделя, надоедливая утренняя рутина и засевшая в горле работа, на которую Луи устроился всего месяц назад, но уже ее ненавидит всей душой. Особенно Ника, который работает с ним в одном отделе кадров, постоянно напоминая Томлинсону о своих бурных интрижках с парнями, а Луи остаётся кусать локти, чтобы ему не врезать. Воздержание в отношениях всегда давало о себе знать слишком быстро, уж такова была особенность Луи - ему было нужно удовлетворение, а если его нет - он обозлённый на весь мир маленький, но суровый, шатен, утверждающий, что является выше 5.9 футов, а это всегда было спорным вопросом.

Парень потянулся, искривив лицо, и беспомощно захныкал, как ребёнок, отказывающийся идти в школу - сегодня особенно хочется послать все к черту и валяться весь день на кровати в компании вредной еды и 'отчаянных домохозяек'. Но реальность сурова, поэтому Луи медленно принял сидячее положение, потирая костяшками пальцев заспанные глаза. Всего пара минут, и он сможет встать. После этого прохладный душ, а затем кофе. Чудесный план. Тогда-то он и станет хотя бы отдалённо похожим на человека.

Спустя мучительные полчаса, Луи все же вышел из душа, выглядя более или менее сносно, теперь ведя свой маршрут к кухне в одних боксёрах, где в одном из шкафов стояла спасительная и горячо любимая банка кофе. С вожделением уже ощущая бодрящий вкус напитка, Томлинсон открыл шкаф, сразу находя банку кофе, которая... была пуста.

Несколько секунд требовалась Луи, чтобы осознать весь масштаб катастрофы, а затем с вселенской грустью тяжело вздохнуть. С самого начала утро было неудачным: когда вместо тёплой воды из крана полилась ледяная, гель для душа был перепутан с шампунем, а после этого он нашёл в корзине с бельём единственные боксеры, да и то, с дыркой.

Выйдя на улицу, Томлинсон чувствовал себя абсолютно подавленным и игнорирующим все вокруг, пытаясь абстрагироваться от окружающего мира, воткнув наушники в уши и вслушиваясь в завывания Уитни Хьюстон. Сегодня ему хотелось грустить, и никто не должен его осуждать.

Единственным выходом было купить кофе в кафе недалёко от его дома, и слава небесам, что его место работы находилось всего в двух кварталах от квартиры Луи, поэтому даже придя на работу, он сможет какое-то время концентрироваться на кофе, делая вид, что нет ничего важнее этого, что было, на самом деле, правдой.

Зайдя в душное помещение, наполненное кучей таких же сонных и апатичных людей, жаждущих свою порцию кофе или чая, может даже вместе с парочкой пончиков, Луи встал в очередь, немного убавляя громкость в наушниках.

Задумавшись и уйдя в себя, Томлинсон не сразу понял, что рядом с ним кто-то стоял и деликатно тыкал в его плечо наманикюренным пальчиком, странно улыбаясь. Он повернулся к девушке, что была рядом с ним, пытаясь выдавить нервную улыбку, большее похожую на оскал. Только Элеонор ему не хватало сейчас.

– Луи! Доброе утро, – пролепетала девушка, как только Луи вынул один наушник из уха, устало кивая.

– Ага, добрее некуда, – буркнул он. Это было немного грубо, но девушка, похоже, даже не заметила скверного настроения парня, продолжая широко улыбаться.

– Как дела? Хорошо выглядишь, – Элеонор оглядела его с ног до головы, уверенно кивая своим словам, а Луи вздёрнул бровь, потому что... серьёзно? На нем была кучу раз перестиранная худи, поверх белой футболки (единственной чистой и приемлемой), а худые ноги утопали в широких джинсах (тоже единственных, что Луи нашёл в куче своего шмотья, которое, определенно, нужно отправить в ближайшее время в стирку, иначе он будет ходить голый).

– Эм, нормально, – неуверенно протянул Томлинсон, с опаской глядя на девушку, что прожигала в нем дыру взглядом. Она не переставала улыбаться, и это начинало Луи не на шутку пугать. Как ее щеки ещё не треснули? Она сейчас походила на сумасшедшую из фильма ужасов, что он недавно смотрел. Невольно сравнив образы, Луи не смог сдержать улыбки, представляя Элеонор в грязной одежде и с лохматыми волосами. Да, и вправду жутко.

– Здорово! – воскликнула шатенка, видимо, воспринявшая улыбку парня на свой счёт. – Что ты думаешь о... – она неуверенно замялась, и Луи сразу понял. Черт, она снова пытается пригласить его куда-нибудь, похоже, вообще отказываясь признавать, что Луи абсолютно в ней не заинтересован, да и слабым полом в целом. – Ну, может, сходим в кино сегодня вечером? Если ты свободен, конечно. Я слышала, сейчас идёт какой-то крутой фильм про супергероев, ты же их любишь?

Луи закатил глаза, думая, что бы наврать девушке, чтобы та не обиделась, как ему пришла внезапная мысль, и он вздохнул, перед тем, как сказать:

– Вообще-то, я уже иду в кино с... – он задумался, беспомощно ища взглядом кого-то, но вдруг увидел парня, что шёл от прилавка к выходу со стаканом с кофе в одной руке, а в другой – держа телефон и что-то внимательно в нем изучая. Он был совсем близко к Луи и должен был пройти мимо него, поэтому Томлинсон выждал, когда тот окажется совсем близко, и мягко схватил его под локоть, притягивая к себе. – Со своим парнем! Я иду в кино сегодня со своим парнем, да, сладкий? – он посмотрел на парня, который оказался почти на голову его выше и ошарашено глядел на Луи, медленно осознавая происходящее. Томлинсон приподнял бровь и умоляющее посмотрел ему в глаза, кивая головой в сторону Элеонор, которая с интересом смотрела на открывшуюся картину.

– Эм, – прохрипел кудрявый парень, кидая взгляд на девушку, а затем воодушевленно кивнул, тут же подыгрывая Луи и обхватывая его талию большой рукой. Томлинсон вмиг сжался, понимая, что, оказывается, у него чертовски красивый и привлекательный "парень". – Да! Конечно, идём. Я, кстати, взял тебе кофе, милый, извини, что так долго, сам видел эту очередь, – парень криво улыбнулся, поднимая перед его лицом, на самом деле свой, белый стакан, и затем посмотрел на Элеонор.

Та стояла, с недоверием глядя на двух парней, сложив руки на груди, словно ожидая, что ей приведут доказательства, и неожиданно кудрявый красавчик снова повернулся к Луи и сильнее притянул его к себе за талию, наклоняясь к лицу.

Не успел Луи опомниться и понять вообще, что происходит, как мягкие губы коснулись его собственных, уверенно сминая их в поцелуе. Ещё пару секунд никак не реагируя, лишь с открытыми глазами уставившись на парня, Луи все же медленно обвил его шею руками, ласково отвечая и слегка прикусывая чужую нижнюю губу. Маленькие пальчики впутались в кудрявые волосы, слегка оттягивая их, и парень вдруг простонал в губы Томлинсона, жадно проталкивая свой язык ему в рот, а свободную руку - сильнее сжимая на тонкой талии.

Они самозабвенно целовались, изучая рты друг друга, но их прервал недостаток кислорода и покашливание со стороны Элеонор, про которую они и вовсе забыли последнюю пару минут. Неохотно оторвавшись друг от друга, Луи рассматривал его покрасневшие щеки и опухшие розовые губы мутным взглядом, все ещё не убирая руки из густых, мягких волос.

Томлинсон отстранился первым, неловко прокашливаясь и пытаясь не обращать внимания на взгляд кудрявого, что все ещё смотрел на него, когда Элеонор снова подала признаки жизни.

– Круто, ага, – равнодушно бросила она, что Луи стало ещё хуже от смущения. Похоже, он перестарался. – Ну, я пойду, пожалуй, в соседнее кафе.

– Ладно, пока! – красивый незнакомец дружелюбно улыбнулся и помахал ей вслед.

Как только та скрылась из виду, Луи с громким хлопком ударил себя по лбу ладонью, взвывая.

– Боже, какой позор, – простонал Томлинсон, но вдруг услышал приятный хриплый смех и поднял испуганный и сконфуженный взгляд на кудрявого.

– И могу я знать имя своего парня? – Улыбнулся он, даже не убирая руку с талии Луи. – Извини за поцелуй, я запаниковал.

– В-все хорошо, – пробормотал Луи, потирая пальцами переносицу, лишь бы не смотреть на кудрявого. – Я Луи.

– Гарри, – парень протянул ему ладонь для рукопожатия, по-доброму ухмыляясь смущению Луи. Тот пожал большую руку, закусив губу и ощущая, как горят его щеки. – Сходим в кино?

Что ж, возможно, внезапное отсутствие у Луи дома кофе, привело его к чему-то большему, что точно не кинет его в самый тяжёлый момент, как подлый напиток.

ficbook.net

Кофе и шоколад — фанфик по фэндому «Роулинг Джоан «Гарри Поттер»»

      Ночь. Ветер. И на дворе сорок третий год. Том Реддл не мог уснуть. Приют. Он ненавидет его! Чёртовы дети. Как они достали лезть ему в душу! Вот уже одиннадцатый год он терпит этот ужас.

      Он особенный. А у них ничего нет. Это скучные людишки. Сегодня старуха Коулл наказала его ужином. Теперь у него болит живот и все его движения скованы. Ничего, когда он выберется отсюда, он отомстит им. Каждому. Они ответят за его детство и юность. И с мыслями о мести, он лёг спать.

***

— Профессор Дамблдор, мы благодарны вам, что вы заметили его и приехали. С другими детьми случались ужасные вещи! Он опасен, и…

— Миссис Коул. Мы поможем Тому. Не беспокойтесь, как только он начнёт занятия в нашей школе — он станет контролировать себя.

      Дамблдор и Коул дошли до двери Тома. Как всегда, рука трясётся, когда поднимает для стука в его дверь. Как всегда, она не услышала ответа мальчика, и она открыла её без разрешения.

— Том. К тебе посетитель.

      Брюнет сидел на стуле. Он сидел к ним спиной. Но потом повернулся и удивлённо посмотрел на гостя.

— Здравствуйте.

      Коул, поняв что она лишняя, ушла и закрыла дверь.

— Здравствуй Том.

— Кто вы?

— Я учитель. Меня зовут Альбус Дамблдор.

— Вы врёте. Вы доктор. Она хочет упечь меня в психушку. Она считает, что я… другой…

— Нет Том, ни единого лживого слова я не сказал тебе. Хогвартс — это не сумасшедший дом. Расскажи мне, что ты умеешь?

— Я могу сделать плохо другому, если захочу. Я могу заставить делать животное всё, что я пожелаю, и без всякой дрессировки.— с долей гордости сказал он.

— Хорошо, Том. Я такой же, как и ты, я понимаю тебя. Я тоже другой.

— Докажите. — с вызовом сказал мальчишка.

      Дамблдор, не поворачиваясь, всё так же спокойно смотря на мальчика, спровоцировал свою магию поджечь шкаф.

      Деревянный шкаф вспыхнул ярким огнём. Том вздрогнул и посмотрел на зрелище. На его лице появилась улыбка.

— Что-то хочет оттуда вырваться, Том.

      Мальчик, с некой осторожностью подошёл к шкафу. Он открыл его. Полки не горели, они были целыми. Шкатулка, что была у мальчика, так же была не тронута огнём. Он с задумчивым видом достал коробку и выложил содержимое на кровать. Дамблдор с какой-то грустной улыбкой покачал головой.

— В Хогвартсе не терпят воровства, Том. Там тебя научат всему. — они немного помолчали. — Кстати, Том. Теперь, с тобой в приюте будет ещё один человек, который поймёт тебя. Её зовут Гермиона Грейнджер. У бедной девочки погибли родители в битве против злого волшебника Грин-де-Вальта. Она твоего возраста. Сейчас распаковывает вещи. Через два дня я зайду за вами, мы поедем покупать всё к школе.

      Том кивнул. Альбус уже встал и развернулся, как вдруг Том снова заговорил:

— А ещё я разговариваю со змеями. Они понимают меня, шепчатся со мной. Это нормально, для таких как я?

      Альбус, шокированный фактом, что Том — змееуст, не мог сказать и слова. Он повернулся к мальчику. Реддл явно ожидал ответа. Но Альбус лишь ответил:

— Интересно. Это очень редкий дар, Том. Даже для волшебника. Мы узнаем больше об этом позже.

***

      Реддл спустился на обед. Почти все воспитанники были в сборе. На него так же косо смотрели. Но лишь у Коул был какой-то блеск и торжество в глазах.

      Том сел как всегда за дальний стол. Вдруг над его ухом раздался голос:

— Кхм кхм. — он повернул голову.

      Девочка, его возраста. Карие глаза и волосы цвета шоколада. Они были красиво заколоты заколкой.

— Извини, можно я присяду? — спросила она.

— Можно… Не видел тебя никогда. Новенькая?

— Да. Ты ведь Том Реддл?

      Он удивлённо посмотрел на девочку.

— Да.

— Я Гермиона Грейнджер. По дороге в приют профессор говорил о тебе, что ты тоже, — она наклонилась к его уху и тихо прошептала, — волшебник.

— А-а, так ты тоже! — оживился брюнет.

— Да.— улыбнулась она.

— Ну наконец-то! — вздохнул Том.

— Я тоже рада, что хоть кто-то есть тут.

— Ну-с, будем общаться. — улыбнулся мальчик.

      Воспитанники зашептались. Они никогда не видели улыбку Тома. Только злорадную.

— Конечно! — она протянута ему руку. Они пожали руки. — Ешь побыстрее, профессор попросил меня рассказать тебе о волшебстве!

      Том согласно кивнул и впервые с аппетитом начал кушать.

***

      Она рассказала ему всё, что знала. Она рассказывала ему, что умеет. Она особенно удивилась тому, что он говорит со змеями.

— Значит, ты не магглорождённый волшебник!

— А что это значит?

— Это чистота крови, Том. Я чистокровная. Мои родители были мракоборцами… — она замолчала. Том положил ей руку на плечо, в знак сочувствия, — Есть ещё полукровка.

— Как это?

— Ну… Например, магглорождённый волшебник с чистокровным. И ребёнок у них полукровка.

— А почему не чистокровный? — не догонят мальчишка.

— Потому что маггловская кровь самая…нечистая кровь в волшебном мире. Их ещё называют грязнокровками. Они почти ничем не отличаются от чистокровных. Просто происхождение другое и магический потенциал может быть ниже.

— А как ты считаешь, кто я? Чистокровный, полукровка или…грязнокровка?

— Не третье точно, Том.

— Почему ты так думаешь? — изумился Реддл.

— Потому что змееусты никогда не могут быть грязнокровками. Ты точно чистокровен. — девочка улыбнулась.

      Мальчик вернул ей улыбку.

***

— Том Марволо Реддл! — воскликнул Дамблдор.

      Мальчик, опрятный и в школьной форме гордо поднялся по лестнице и сел на стул. На него одели говорящую старую шляпу.

— О-о, этот мальчик будет одним из самых умных за всю историю школы. Однозначно СЛИЗЕРИН!

      Стол Слизерина стал аплодировать, свистеть. Том спустился со стула и подмигнул Гермионе. Та немного волновалась. Она хотела быть вместе с Томом. Но на Слизерин не расчитывала.

— Гермиона Джин Грейнджер.— в зале зашептались. Все сразу узнали дочь погибших героев.

      Гермиона мысленно попыталась успокоить себя и потом посмотрела на Реддла. Тот кивнул ей. Она поднялась и села на стул.

— О-о, мисс Грейнджер. Мне жаль ваших родителей. Альбус рассказывал мне, бедняжка… Однако у вас я вижу хитрость, расчётливость, неплохой ум…о да… У тебя есть все приоритеты учиться на факультете Слизерин. Но лично я вижу твоё место на Когтевран. Куда же вас определить?

— А вы…учтёте моё желание?

— Ну конечно!

— Тогда…отправте меня на Слизерин.

— Ты точно этого хочешь?

— Да.

— Ну чтож, ты сделала свой выбор, поэтому, СЛИЗЕРИН!

      Свисты, хлопки со стороны Слизерина. Сдержанные аплодисменты с Когтеврана и Пуффендуя. И разочарование гриффиндооцев. Все надеялись, что дочь двух их кумиров попадёт на их факультет. А Том хлопал громче всех. Но не смотря ни на что, Гермиона была рада. Она спустилась к своему столу. Том тут же обнял её.

— Ну, поздравляю, теперь мы всегда будем вместе! — улыбнулся мальчик.

— И я рада этому, Том.

***

      Время шло, без остановок. Первый курс был самым интересным для двух…друзей? Но Том не верил в дружбу. Однако, кто ему Гермиона? Она скрасила ему одиночество, оживила его, словно растение. Растопила его своим огнём, словно лёд.

      В приюте Гермиону стали презирать как и Тома. Но они были всегда вместе. Позже Дамблдор сообщил девушке, что с четырнадцати лет она может свободно снимать со счёта Гринготтс деньги, что оставили ей родители (правила в сороковые были другие). Гермиона сообщила это Тому, и заявила, что обязательно поделится с ним. Реддл не знал как реагировать. Выглядело это немного странным. Но он просто пожал плечами и они оставили эту тему.

***

      Ребята не заметили, как уже начался четвёртый курс. Гермиона стала превращаться из маленькой девочки в симпатичную девочку-подросток. Время от времени она заглядывала в магазин одежды. Тело её стало стройное, а волосы выпремлёнными. Брови она выщипывала и они приобрели форму. И уже с начала года за ней бегало половина школы, (мальчиков, естественно). По естественной красоте она была на первом месте. А другие однокурсницы уже злоупотребляли тушью. Пользовались неумело, и даже смешно смотрелась на них. Бывало, парни пугались от такого зрелища. Девушки не могли понять, в чём её секрет привлекательности, даже причёски как у неё делали. Но у них ничего не выходило, им оставалось только злобно наблюдать за ней.

      Том Реддл тоже из мальчишки стал превращаться в юношу. Мешки бесонницы стали изчезать. Его причёска была неизменной. Осанка прямая, и брови стали утончённые. Его голубые глаза в темноте были чёрными, как кофе. Прямо под цвет своих волос. Те самые крашенные девочки пытались привлечь внимание. У него уже «была корона» первого красавчика среди средних курсов. Но всё больше его привлекала Гермиона. Её красота не оставила Тома равнодушным. Кроме того, она была довольно умной. С ней было о чём поговорить. А её губы просто манили. Но Том быстро отгонял такие мысли. Гермиона видела в нём только друга, не больше.

      Но давайте честно посмотрим на очевидное: его это расстраивало. Тому было обидно, что она не видит в нём парня. Ведь в четырнадцать лет подростки уже думают о любви…

***

      Пятый курс. К Гермионе откровенно, скажем так, проявляли внимание. Парни писали ей любовные записки, подсаживались ближе, а Том наблюдая за этим скрипел зубами. Тупая ревность зародилась в Томе в начале года. В приюте он мог быть спокоен. А Хогвартс… Это другое дело.

      Недавно Том выяснил свою родословную. Гермиона, конечно, помогала ему. Полукровка. Он, чёрт побери, полукровка! Отец — жалкий маггл, а мать — сквиб. Ну конечно, будь она настоящей волшебницей — она бы не умерла. Она позволила умереть себе, из-за жалкого магла!

      Он не понимал: как вообще можно влюбиться в магла. Маглы— это грязь! Ничтожество! Ошибка природы! Можно перечислять бесконечно.

      Это было ударом для Тома. Гермиона, которая хотела поддержать друга, предложила никому не говорить об этом.

— Ты владеешь парселтангом, Том. Все охотно поверят, что ты чистокровен.

— Гермиона, спасибо конечно. Но факт остаётся фактом. Я жалкий полукровка.

— Томас Марволо Реддл! Живо соберись! Не смей думать, что ты хуже. Посмотри на некоторых чистокровных аристократов с нашего курса. Возьми Абракаса Малфоя. Да он и пяти процентов не знает, чего знаешь ты. Я тоже чистокровная Том, но твой магический потенциал выше чем у меня. Ты сам видел результаты. Ты намного умнее меня. Слышишь? Ты ничем не хуже. И если тебе так важно это, то мы скроем твою настоящую чистоту крови. Ты лучше чем они, Том!

      Реддл парализованно смотрел на Гермиону. Она так выразительно всё ему рассказала. А она права. Ведь он лучше, чем тот же Малфой, у которого кровь блестит от чистоты. Тот действительно даже списывает у Реддла! Он единственный, кто владеет парселтангом. И Гермиона права.

      Он взял её ладонь в свои руки и сказал:

— Ты как всегда права. Спасибо, Гермиона. Ты — самое ценное, что у меня есть.

      Улыбнувшись, Гермиона обняла Тома крепко-крепко. И Том действительно понял: он влюбился в эту девушку.

***

      Шестой курс. Том Реддл теперь самый красивый парень в школе. Роль тихони ему хорошо помогала. Но за дверью Выручай-комнаты, попивая сливочное пиво, Гермиона и Том шутили над наивными людишками. Девушки так и липли к нему. Но Том был влюблён. Боже, да все знали об этом, все уже давно поняли, что Том Реддл бегает за тихоней Грейнджер. Все, кроме неё.

      Но Гермиона знала об этом, потому что Том проявлял бурную ревность. Странным взглядом смотрел на неё. Иногда проявлял излишнюю заботу.

      А когда Гермиона стала встречаться с Кэмероном Миллиганом — Том просто был взбешён. Да как она посмела?!

— Это нормально вообще? Ты встречаешься с этим Миллиганом! — орал на весь коридор староста школы.

— И что тут такого, Том? Я нравлюсь ему, а он…

— А он нравится тебе?! — проорал он.

      Девушка демонстративно скрестила на груди руки и заявила:

— А какое тебе до этого дело, Том? Да, мне нравится Кэмерон. Я не имею право на личную жизнь? Лично я не считаю, что наша дружба преграда этому.

— Ах так?! Не преграда, значит?! Ну и иди к своему Миллигану!!! — прошипел он и развернулся к ней спиной. Томас заметил Вальбургу Блэк, что шла на встречу. Парень обворожительно улыбнулся девушке. — Привет, Вальбурга. Великолепно выглядишь, дорогая.

— Ох, спасибо, Том! — кокетливо сказала брюнетка и снисходительно посмотрела на Гермиону, а-ля «выкуси». Но та лишь скривилась и ушла.

***

      Шли недели. Том и Гермиона игнорировали друг друга. С Миллиганом Гермиона рассталась несколько дней назад. Пошляк хотел затащить Гермиону в постель. Но та, дав ему пощёчину гордо ушла.

      Том прекрасно знал об этом. В душе всё ликовало. Он хотел было помириться с ней, но Гермиона даже не смотрела на него. Она откровенно игнорировала существование Реддла. Он, конечно, опешил от этого. Наверное, Грейнджер считала что он встречается с Блэк. А кстати, та трепала всем об этом. Она иногда специально громко говорила об этом, чтобы Грейнджер слышала.

      Порой Гермиону спрашивали однокурсницы:

— Гермиона, а что это Том с Вальбургой трепится? Вы поссорились?

— Я понятия не имею, чем занимается Реддл. У меня дела. — и гордо уходила в библиотеку.

      Наверное, сплетницы пытались добить Гермиону фактами. Пусть и лживыми.Но той было всё равно. Казалось, спроси её, кто такой Том Реддл, и она ответит — «Не знаю».

      Слизеринцы изводило это. Но пытался скрывать за маской.

***

      Приближалось Рождество. Каникулы. И Дамблдор отправляет их в приют. В поезде Том планировал застать одну. Но он её вообще не нашёл. А она на самом деле, просто наложила на себя чары невидимости.

***

       Том Реддл зашёл в свою комнату. Темно. Снег падает за окном. Даёт какой-то свет. Он включил свет. То, что он увидел на столе, его сильно удивило.

      Зелёная коробочка. Бархатная с тёмно-зелёной лентой. Он развязал ленту и открыл коробку. Браслет, в виде змеи, которая превратилась в кольцо. Вместо глаз два изумрудных камушка. И записка:

«Браслет убережёт тебя. Когда камни загорятся красным—значит приближается опасность. Хвост змейки-брослета найдёт потерянное. С Рождеством, Реддл.»

      Том невольно улыбнулся. Он повернул голову в сторону двери.

***

      Гермиона Грейнджер возвращалась с прогулки. Она гуляла в гордом одиночестве. Воспитанники на неё всё так же презрительно смотрели. А когда наступит совершеннолетие, она решила — она уйдёт отсюда.

      Зайдя в комнату она увидела на столе коробочку. Белая блестящая коробочка. Подойдя, она открыла её. В коробочке оказался кулон. А в кулон вставлен фиолетовый камешек. И записка:

«Я получил подарок. Спасибо, дорогая. Надеюсь, снежная королева перестала дуться?»

      Грейнджер невольно улыбнулась. Она больше не обижается на него. Ведь Блэк ему не девушка?

***

      Ночью она решила сходить к Тому и спокойно поговорить.

      Она зашла в комнату. Темно. Сейчас уже полночь, и весь приют спит, кроме неё. Она легла рядом с Томом. Луна освещала очертания лица Тома. Он действительно красив. Не даром все девочки Хогвартса от него без ума.

      Она рискнула коснуться его чёлки. Такие мягкие волосы. Она рискнула пропустить волосы сквозь пальцы. О, это божественное чувство.

      Реддл распахнул свои глаза. Сейчас они не голубые, как при свете дня. Они чёрные. Так устрашающе… Он нахмурился, поморгал.

— Гермиона? — прошептал красавец. — Что ты тут делаешь?

— Хотела поговорить. — руки так и тянулись к Тому.

      Том сглотнул. Он еле сдерживается, чтобы не на броситься на Гермиону. Её шоколадные глаза и волосы.

— Сколько сейчас времени? — решил успокоиться Том. У Гермионы было какое-то шокированное лицо. Он не знал из-за чего. А вот её глаза расширились из-за того, что она…почувствовала коленом. Она опустила глаза. Её колено было между ног парня. Как? Неужели кровать такая маленькая? Реддл напряжённо посмотрел туда же. Грейнджер быстро убрала ногу. Она посмотрела на Тома. Тот в свою очередь на неё.

— И-извини.

— Ничего. — он сглотнул. — Ты хотела поговорить?

— Да, Том… Прости меня за глупое поведение… Но, почему ты так отреагировал на то, что я встречалась с Кэмероном?

      У него задеревенели скулы. Глаза стали чернее ночи.

— Потому что он бабник. — выдавил слизеринц.

— Только поэтому? — играла девушка с ним.

— Хочешь знать, почему ещё?

— Да. Хочу. — с вызовом ответила.

— Ты не пожалеешь? — он сузил глаза.

— Нет.

      Том не выдержал. Он набросился на девушку. Он целовал её шею, ключицы. Гермиона и не сопротивлялась. Ей нравилось всё это. Том дошёл до её губ. Он стал целовать её. Страстно, как собственник.

— Да потому, что я люблю тебя! — пылко прошептал он.

      Гермиона отвечала на его поцелуи.

— Том, подожди…

— Ну чего ещё?! Тебе не нравится? — недовольно говорил он.

— Мне всё нравится, Том. Очень. — уверяла девушка его.

— Тогда в чём же дело?

— И где тот самый умный ученик Хогвартса?

      Том снова нахмурился.

— Заглушка, Том. Ты же не хочешь, чтобы на наши звуки прибежала Коул или эти магглы?

      Том усмехнулся, и он достал из-под подушки палочку, и запер дверь. А потом и поставил оглушающее заклинание.

— Теперь нам никто не помешает. — страстно прошептал парень.

      Они уже были полностью голыми, Тому только оставалось уединиться с ней, но…

— Том, только будь аккуратным.

— Я у тебя первый? — удивился парень. — А мне говорили, что Миллиган уже затащил тебя…

— Я ему этого не дала сделать.

— Боль будет только сначала. Прости, потерпи, любимая.

      А дальше для них мир не существовал. Только он и она. Лёд и пламя. Кофе и шоколад.

***

      После той ночи Том и Гермиона, естественно, были вместе. Он в открытую демонстрировал, что эта девушка принадлежит ему. Вальбурга Блэк давилась ядовитой слюной. А сплетницы лишь смеялись над ней. Как ни странно, но они были на стороне Грейнджер. Ближний круг Тома был доволен выбором его избранницы. А сам то ох, как доволен.

      Каждый вечер он обязательно тащил её в Выручай-комнату, и проводил с ней там сладостные ночи. Том был счастлив с ней. Как мало надо человеку, чтобы не быть озлобленным на весь мир, да?

***

~10 лет спустя~

      Сегодня Тому двадцать шесть лет. Его, как самого ценного работника министерства, отправили домой пораньше. Этот день рождения он решил провести со своей женой. Гермиона Джин Реддл. Сразу, после окончания Хогвартса, он сделал предложение любимой женщине. Она с радостью приняла его. Потом Том устроился в министерство. Приличная зарплата, хорошая должность. И самая лучшая женщина на Земле — его.

      Снег приятно хрустел под ногами. Он подошёл к полю аппарации и трансгрессировал к дому.

      Вот он, милый дом. Он позвонил в звонок.

— Милая, это я.

— Я иду, Том.

      Девушка открыла дверь. Она прямо на пороге обняла мужа. Это их традиция. Когда он возвращается домой, она обнимает его так, как будто его долго не было.

— Идём, Том. Боже, ты ещё и без шапки!

      Том мягко посмеялся. Они вошли в дом.

— Давай, раздевайся и мой руки, Томас. Я приготовила праздничный ужин. — она подмигнула ему, а сама удалилась в ванную, тоже помыть руки.

***

      Она уже несколько дней всё не решается рассказать ему об этом. Как он отреагирует? Вдруг скажет, что не надо пока детей? Но она не хочет терять своего первенца. Но и Тома тоже. Но сегодня она решила сказать ему это.

      Том прошёл в столовую. Гермиона выглядела немного взволнованной. Муж заметил это.

— Любимая, всё хорошо?

— Всё замечательно. — улыбнулась она.

— Это прекрасно.

      Том и Гермиона хорошо отужинали. Муж несколько раз похвалил жену за вкусный ужин. Она разговаривали обо всём. И в один момент Гермиона решила. Пора.

— Эм… Том. Мне надо кое-что тебе сообщить.

— Ну, говори. — улыбнулся он.

— Я… Даже не знаю, как тебе сказать…

— Говори как есть, любимая. Я рядом. — он положил руку на руку жены.

— Я… Я беременна, Том.

      Том замер. Смысл сказанного дошёл до него не сразу. И женщина уже тысячу раз пожалела о сказанном. Сейчас он бросит её, Боже!

— Том…

— Это прекрасно. — прошептал муж и улыбнулся. Он встал, а потом подхватил жену на руки. Он стал кружить её. Они оба смеялись. Потом, она попросила остановиться, и Том поцеловал её.

— Я так счастлив.

— И я.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже. — и она притянула его для поцелуя.

***

      Супруги Реддлы до сих пор вспоминают, как они появились в жизни друг друга. Всё начиналось так давно, они были ещё детьми. Они подходят друг другу, гормонируют, как кофе с шоколадом.

ficbook.net

Кофе с молоком — фанфик по фэндому «EXO

Три дня. Вот уже ровно три дня Бекхен наблюдал за тем, как не меняется время. На циферблате огромных часов, которые висели над входом в его дом, стрелки никогда не меняли свое положение. Они всегда показывали одно время — восемь часов сорок семь минут. Каждое утро парень видел этот массивный механизм, лишь секундная стрелка которого время от времени меняла свое место.

Бекхен внезапно затрясся всем телом, а голова невольно подалась вперед. Вокруг почти не было людей, поэтому бросив на ходу себе одинокое "будь здоров", шатен продолжил свой путь, проходя мимо места работы, на двери которого висела табличка с надписью "닫은"*, а чуть ниже маленькими буквами было выгравировано то же самое, только уже по-английски.

Легким движением толкнув входную дверь, Бекхен услышал, как поприветствовало его кафе звоном маленьких колокольчиков, а хозяин этого расслабляющего заведения удивленно поднял голову и сразу узнал лучшего друга, своего постоянного посетителя.Бен расплылся в улыбке, подходя к стойке ближе, присаживаясь на один из барных стульев.

— Доброе утро, Минсок. Мне, пожалуйста...

— Горячее какао с маршмеллоу?

— Нет, пожалуй...

— Может, просто зеленый чай?

— Сегодня я хотел бы попробовать какой-нибудь кофе. Но не слишком крепкий, знаешь... — Бекхен взмахнул изящными пальчиками в воздухе, пытаясь подобрать нужное слово.

— Что-нибудь легкое, приятное на вкус, с малым добавлением сахара, а возможно, даже и без него, — подхватил улыбающийся бариста, направляясь к одной из кофемашин, предварительно достав небольшой мешок телесного цвета, откуда сразу повеяло приятным ароматом кофейных зерен.

— Да, пожалуй, ты прав, — довольно кивнул шатен, чуть поерзав на стуле.

Наблюдая за тем, как Минсок готовил кофе для своего первого на сегодняшний день посетителя, Бекхен в который раз завидовал ему.Они вместе учились в одной школе, еще с начальных классов стали лучшими друзьями, но представить, как защищающий его в трудные минуты сильный друг Ким Минсок в будущем станет баристой, хозяином собственного небольшого кафе, шатен никак не мог.

И теперь, глядя на то, как парень ставит перед ним кружку горячего кофе и рядом небольшой кувшин с молоком, Бекхен с уверенностью мог сказать, что его друг не только добился своей цели, но и искренне рад, что смог осуществить ее.

Шатен опустил взгляд, рассматривая напиток:

— Кофе и молоко?

— Кофе с молоком, — поправил его друг, поправляя рукава собственной рубашки. — Не хочешь какой-нибудь десерт?

— За ним я приду к тебе вечером, ты же знаешь, — прыснул Бекхен, попутно глядя на наручные часы.

Минсок проследил за его взглядом:

— Опаздываешь?

— Нет, еще минут пятнадцать есть в запасе.

Парни продолжили свой непринужденный разговор, который вскоре перерос в веселый — разговор воспоминаний, смущающий — разговор о личных отношениях. Посетитель даже успел забыть о собственном напитке.

И вдруг из небольшого кувшина с изящным горлышком всплыла чья-то голова. Контуры лица сначала нельзя было точно разглядеть, так как струйки холодного молока стекали с волос и губ молочного человечка. Оглядевшись, человечек поспешно подплыл к горлышку кувшина, опуская на него свои белые ручки, любопытно глазея по сторонам. Внезапно его взгляд привлекла огромная белая кружка, откуда шел притягательный, но крепкий аромат. Резкий всплеск, и вот, темные капли оказываются на молочной коже человечка, который с шипением зачерпывает ручками белую жидкость и поспешно растирает ее в области кофейной капли. Кожа сразу становится привычно белой, молочной.Кинув злобный взгляд на рядом стоящую кружку, человечек вдруг видит новое изменение — темную фигуру. Она стоит чуть сгорбившись, будто напряжена, а с ее волос струйками стекает темная жидкость, очерчивая ключицу, грудь существа.Резкий поворот головы, и они тут же встречаются глазами. Белый человечек втягивает голову и уходит в молоко почти с головой, но продолжает наблюдать за кофейным существом, расширив и без того большие глаза.Темная фигура довольно, беззлобно ухмыляется, а после с всплеском исчезает в жидкости. Темные капли попадают в молоко, а сам белый человечек беспомощно ныряет в родную стихию, через несколько секунд снова выплывая, и вновь опираясь на изящное горлышко кувшина.Распахнув глаза, он дергается в сторону от испуга: лицо кофейного существа было в нескольких миллиметрах от него, но тут он хватает его за талию и притягивает к себе, начиная любопытно изучать контуры молочной кожи. Он пахнет кофе, крепким кофе, а его прикосновения заставляют хныкать молочное существо, ведь его белая кожа уже начала впитывать темный цвет, становясь черной от причиняемой боли.

— Ты должен расслабиться, — в нос ударяет приятный запах кофе, но молочное существо все равно не может унять дрожь, угнетающий страх, когда на его теле уже начали расцветать темные ссадины и даже следы от ожогов.

Внезапно он чувствует, как тепло начинает уходить, а его тело беспомощно падает в молоко. Кофейное существо, опираясь руками на краешек кружки еще недолго продолжает смотреть на покрывшегося черными пятнами белого человечка, а после, чуть прикрыв глаза и опустив голову, уходит с головой в темную жидкость.И последнее, что успело разглядеть испугавшееся существо, был взгляд, полный боли. Темный человечек извинялся за все, что причинил ему.

***

Тишину нарушает приятная мелодия, и хозяин мобильного устройства испуганно дергается на месте:

— Черт, я же опаздываю на работу! — Бекхен схватил лежащее рядом тонкое пальто, опустил одну ногу на деревянную поверхность и, торопливо добавив молоко в уже успевший немного остыть кофе, поспешно отпил глоток.Его лицо выразило весь ужас от вкуса, который остался на его языке. Это был отвратительный кофе. Минсок, заметив гримасу лучшего друга, беспокойно вытянул голову:

— Что? Не нравится?

— Минсок, прости меня, но я всегда был и буду честен с тобой. Он отвратителен, серьезно.

Бариста удивленно склонил голову, но, словно опомнившись, достал свежеприготовленный горячий чай, перелил его в термос и вручил Бекхену:— Ничего, вот, держи. Компенсация за плохое обслуживание, — он подмигнул ему. — Только не забудь зайти вечером после работы, хорошо?

— Конечно. — Бен невольно улыбнулся и тут же виновато добавил. - Ты прости меня...

— Это я должен извиниться, правда, — отрицательно кивнул парень, провожая взглядом друга. - Удачи!

— До встречи! — дверь закрылась, оповещая об этом хозяина заведения непродолжительным звоночком.

Минсок опустил голову и принюхался — чувствовался аромат кофе, но... Вместе с ним присутствовала нотка молока. Неуловимая, неразличимая. Парень поднес кружку к губам и немного отпил. Кофе, действительно, был ужасным.Тогда, прилив из небольшого кувшинчика в маленькую кофейную чашку еще немного молока, Минсок тут же попробовал и его. К его искреннему изумлению, молоко оказалось прокисшим, а на поверхности напитка были видны белые капли. Но самым странным было то, что перед тем, как подать его Бекхену, парень заранее удостоверился в том, что молоко было пригодным для питья.

***

После того дня Бекхен перестал заказывать кофе с молоком. Он боялся, что снова почувствует этот ни с чем не сравнимый вкус, который, казалось, до сих пор оставался на его языке.

Вечерами кафе почти всегда было переполненным: влюбленные парочки, одинокие люди, которые разбавляли свой скучный вечер чашечкой горячего какао, деловые и уставшие посетители — каждый из них предпочитал что-то необычное. Но никто из посетителей не заказывал кофе с молоком. Им просто не приходило это в голову.Многие игнорировали эту запись в меню, а предложение баристы попросту пропускали мимо ушей, словно зачарованные. Когда за барной стойкой сидело несколько людей, то и на столе баристы стояло бесчисленное количестве стаканов, кружек, чашечек и графинов.

Молоко больше никогда не стояло рядом с кофе и, на самом деле, это тоже было очень странно.

И вот однажды, когда на огромном циферблате часов над входной дверью дома, где проживал Бекхен, стрелки показываливечернее время — восемь часов и сорок семь минут, дверь в кафе привычно отворилась, пуская внутрь нового, замерзшего посетителя.

Высокий парень, из-под кепки которого торчали непривычно большого размера уши, поспешно пробрался к барной стойке, присаживаясь рядом с ведущим беседу Бекхеном.Он положил на стол тысячу восемьсот сорок одну вону и, отдышавшись, попросил чашечку кофе с молоком.Бекхен вскинул брови и чуть прикусил губу, воспоминания о его первом кофе с молоком вновь вернулись. Минсок удивленно перевел взгляд с друга на только прибывшего посетителя:

— Простите, но в последнее время в нашем заведении никто не заказывал этот напиток. Я могу предложить вам карамельный латте взамен или же, к примеру...

— Нет, попрошу вас именно чашечку кофе с молоком, - вновь пробасил парень. - Или у вас вообще нет этого напитка?

— Конечно же, есть, — растерянно исправился бариста, поспешно отходя к кофемашине.

Бекхен подождал, пока Минсок отойдет от них на приличное расстояние, а после повернул голову в сторону посетителя и, чуть сщурив глаза, съязвил:

— Время не ждет? Или же грубость ваше второе имя?

Парень опешил и не сразу повернул голову в сторону Бена. Еще несколько секунд он продолжал пристально смотреть на него, словно изучать, отчего шатен невольно втянул голову, но тут же нахмурился:

— Чего вылупился, ушастый переросток?

Посетитель поднес кулак ко рту и начал беззвучно сотрясаться от смеха. После, все же не выдержав, он звонко рассмеялся, опираясь на барную стойку.

— Ушастый переросток?

— Другого, более точного определения не подобрать, — подтвердил смутившийся Бекхен. Он быстро отвернулся от парня, который только хотел было задать ему вопрос, но вдруг перед ними тихонько опустились знакомые Бену кружка крепкого кофе и небольшой кувшинчик.

— Пожалуйста, — с улыбкой добавил бариста.

— Благодарю, — посетитель не дернулся с места, а после виновато добавил. — Извините, если мои слова прозвучали немного грубо для вас.

— Ничего страшного...

— Немного? Немного грубо? Да я бы на его месте выплеснул на тебя содержимое этого стакана! — Бекхен указал на стакан с водой, который стоял рядом с ним.

Посетитель вновь залился смехом, и даже лучший друг шатена, не выдержав, весело прыснул, тем временем втайне от людей из кувшинчика вновь показалась чья-то голова. Молочное существо вновь любопытно огляделось по сторонам, как и в прошлый раз.

Вот, неподалеку от него стоит сверкающий поднос, где из небольшой кружки зеленого чая выглядывает голова. Заметив его, человечек начинает активно махать ручкой, в то время как молочное существо смущенно потупило взгляд. Зеленый человечек счастливо улыбается, и тут поднос подхватывает официант. Он весело уходит под воду, и больше молочное существо не видит его. Повернув голову в другую сторону, белый человечек замечает три огромные фигуры. Это люди.Одного из них молочное существо уже привыкло видеть, он не очень высокий, рыжеватый, и чуть походит на булочку, которую продают в этом кафе. Милый и заботливый. Он также видит лучшего друга рыжего парня, который каждый день навещает его в этом кафе, но тут же примечает и незнакомого ему человека. Он высокий, что удивляет белого человечка, ушастый, но очень добрый. Он сияет, и это завораживает.Он смотрит только на рядом сидящего парня, и смотрит так, как не смотрит на него хозяин кафе. Ему нравится этот шатен, и от этого белый человечек немного краснеет. Он хочет посмотреть, что еще здесь произошло, как вдруг молочное существо встречается взглядом с ним.

Нет, этого не может быть, неужели кто-то из посетителей заказал кофе с молоком?

Молочное существо с нетерпением ждет, когда кружку крепкого кофе уберут из его поля зрения, и он сможет расслабленно выдохнуть. Но кофе не исчезает. Официанты будто нарочно игнорируют этот напиток.Зато кофейное существо не отводит взгляд от него.И белый человечек понимает, что этот момент снова настал.Но он так же боится его, как и несколько недель тому назад.

Но боится ли он его взаправду?

Темный человечек не прерывает их зрительный контакт, отчего молочное существо начинает немного смущаться. Сердце начинает бешено биться, а взгляд шоколадных глаз больше не страшит его.На смену этому чувству приходит другое, но белый человечек пока не в состоянии понять его.Он вспоминает, какую боль доставляли ему прикосновения кофейного существа, но... Что, если отбросить страх? Будет ли больно так же, как тогда?

Белый человечек вновь поднимает глаза и уже по собственной инициативе не разрывает зрительный контакт с темным человечком. Сердце начинает биться еще быстрее. Молочное существо неспешно подплывает к изящному горлышку кувшина и, как и в прошлый раз, опускает на него свои белые ручки. Смотрит на кофейное существо, ждет его действий.Темный человечек немного вздрагивает, когда молочное существо приближается к нему. Белый человечек не может пересечь эту черту — он не может окунуться в кофе, а потому кофейное существо тоже не спеша приближается к нему. Расстояние между ними стремительно сокращается, а взгляды направлены друг на друга. Молочный человечек чуть втягивает голову, когда кофейное существо, наконец, приблизилось. Невольно прикусив молочные губы, существо все же отводит взгляд в сторону, не выдержав неимоверного смущения и осознания, что на этом ничего не может закончиться. Темный человечек дрожит всем телом, его дыхание уже давно сбилось к чертям, а небольшая челка щекочет переносицу. Он хочет обнять существо, что находится перед ним. Хочет провести рукой по телу, смешать темно-коричневый цвет с белым. Хочет увидеть, какой цвет выразит их сочетание. Их вкусный напиток — кофе с молоком.Но все, что остается кофейному существу — ждать и терпеть. Ведь он любит молочное существо, но взаимна ли эта любовь?Он слышит тихие, неровные вздохи, видит чуть прикрытые глаза и еле сдерживает себя. Темный человечек опирается на ребро кружки и резко всплывает, оголяя грудь и собственную спину. Его начинает неприятно знобить: новые посетители часто открывают входную дверь, отчего холодный воздух обволакивает его тело, и кофейное существо чувствует, как начинает остывать.Негромко выдохнув, он лишь терпеливо прикрывает глаза — он должен дать возможность белому человечку. Он не хочет заставлять его делать то, что ему, возможно, неприятно, ведь это неправильно?..Холодная рука опускается на его щеку и, вместо того, чтобы услышать чужое шипение, кофейное существо чувствует прерывающееся дыхание.Он чувствует, как становится тепло.Распахнув глаза, кофейное существо видит, как неловко белому человечку. Он чувствует, как дрожат его пальцы, и видит, как бегают глаза. Белый человечек продолжает кусать свои молочные губы, и вдруг невольно вздрагивает от горячей руки.

Если другое существо примет тебя, то на его теле не останется страшных следов. Но если ты не примешь его, то все случится с точностью да наоборот.

Белый человечек чувствовал, как тело начинает покалывать. Он остро ощущает, как начинает появляться новый черный след. Он понимает, что не может ничего с этим поделать, а потому беспомощно обращает свой взгляд на кофейное существо.Но вместо того, чтобы вновь увидеть сочувствие, сожаление или же, к примеру, злость и непонимание, белый человечек изумленно приоткрывает губы.Кофейное существо смотрит на него так, как смотрел тот незнакомый человек на рядом сидящего парня. На того самого парня, который, попробовав их напиток, уже никогда больше не заказывал его.Темный человечек также был влюблен в него. Это заставляло расслабиться и ответить на чувства. Неловко приобняв темного человечка за шею, молочное существо вновь отвело взгляд, чувствуя, как боль на теле сменяется приятным, сводящим с ума чувством. Горячая рука уже и вовсе не казалась горячей. Напротив, она была теплой, отчего становилось очень приятно. Кофейное существо неторопливо провело рукой по спине белого человечка, заставляя того невольно чуть выгнуться ему навстречу. Подхватив его под колени, темный человечек посадилего на горлышко графинчика, заставляя обвить ногами его тело. Нежные касания губами по молочной груди, заставляли белого человечка негромко стонать. Кофейное существо резко придвинуло белое тело вплотную к себе и, чуть склонив голову, впилось темными губами в молочную шею. Это место сразу приобрело нежный оттенок коричневого цвета. Молоко начало смешиваться с кофе.Руки темного человечка были на удивление очень крепки, в то время как белые маленькие ручки молочного человечка приятно гладили спину и шею кофейного существа. Отстранившись, белый человечек, тяжело дыша, смущенно взглянул на кофейное существо. Прошептав лишь одними губами три заветных слова, которые для них значили почти то же самое, что значит для людей "я тебя люблю", молочное существо прикоснулось своими губами к темным.В ту же секунду оба человечка почувствовали, как с их губ начала капать приятная на вкус жидкость. Карамельного цвета — она продолжала стекать по их подбородкам, окрашивая грудь в один оттенок.Блаженно выдохнув, молочное существо неспешно провело пальцами по собственным губам, стирая вновь и вновь появляющуюся жидкость. Кофейное существо с непреодолимым желанием продолжало следить за действиями карамельного человечка, слизывая со своих губ вкуснейшую жидкость. Придвинувшись чуть ближе к молоку, человечек начал медленно слизывать карамельную массу с его пальцев.Услышав сдавленный стон, кофейное существо подняло глаза и обратило их на возлюбленного. Он прошептал те же слова, что и молочное существо:

— Кофе с молоком, — а после, чуть прикусив нижнюю губу, разомкнул их и, почувствовав ответную реакцию, страстно поцеловал человечка.

***

— Кхм, Чанёль, — Бекхен впервые произнес имя уже не незнакомого ему человека, отчего последний сразу обратил на него свой взгляд, — Ваш кофе. Разве он не остынет?

Брюнет медленно перевел взгляд на белую чашечку. Рядом все еще стоял небольшой кувшинчик с молоком.

— Вы правы, — парень аккуратно приподнял кувшин над чашечкой и, добавив чуть больше половины молока, начал медленно перемешивать его.

— Может, добавить сахар? — предложил бариста, пододвигая сахарницу и маленькую ложечку. — Или вы можете заказать вкусный десерт, как дополнение к напитку.

— Нет, — Пак довольно улыбнулся, не отрываясь от чашечки. — Кофе с молоком не должно больше с чем-либо сочетаться.

Бекхен невольно фыркнул. И уже совсем беззлобно.Этот парень был пускай и немного странным, но крайне приятным человеком.

Брюнет вновь перевел взгляд на Бена:

— Хотите попробовать первым?

Шатен невольно сглотнул, вспомнив, как первый раз пробовал этот напиток.

"Отвратительный вкус".

— Пожалуй, — он взглянул на удивленного лучшего друга, но молча принял из чуть шершавых рук Чанёля чашечку.

Медленно приблизив ее к губам, Бекхен невольно провел по ее нижней стороне язычком, учуяв приятный аромат. Еще несколько секунд, и парень чуть отпивает из чашечки.Глаза медленно расширяются, а одурманивающий вкус до сих пор чувствуется на теплых губах.

— Минсок-а, это великолепно! — не выдерживая, шепчет парень, отчего довольно хмыкает Чанёль.

— Вы что-то добавили туда? — переводит взгляд бариста на брюнета.

— Нет, я просто подождал, пока он чуть остынет, — честно признался Пак. — Дайте и мне попробовать, — он улыбнулся Бекхену, протянув руку.

Неделю спустя Минсок узнает, что так тщательно скрывал его лучший друг. Две недели спустя Чанёль привычно потягивается в постели, невольно разглядывает изящное тело, лицо, глаза, губы своего парня. А Бекхен старательно делает вид, что спит.Три недели спустя бариста уже по привычке советует очередному посетителю не торопиться с добавлением молока в кофе, ведь от этого вкус напитка кардинально изменится. Четыре недели спустя бывший посетитель, нынешний парень, а по совместительству и помощник баристы, Ким Чондэ, старательно выполняет все желания новых заказчиков.

И вот, семь недель спустя, перед закрытием кафе четверо парней увлеченно беседуют о чем-то своем, пока кофе с молоком кардинально меняетсвой вкус.

ficbook.net

the same coffee — фанфик по фэндому «iKON»

Говорят, что стабильность - это признак мастерства. В таком случае Т/И - действующий чемпион по посещению одной и той же кофейни и заказа одного и того же кофе в одно и то же время. И вовсе не потому что там работает красавчик-бариста, нет. Она просто не может отучиться.

Всё началось пол года назад, после зачисления девушки в университет. Т/И решила приучать себя к постоянству, чтобы не выбиваться из графика: просыпаться четко по будильнику, садиться на первый автобус, каждое утро пить чашку кофе и везде успевать. С тех пор она училась на отлично и не задумывалась о финансовых проблемах. Так и получилось, что девушка стала постоянным посетителем маленькой кофейни возле её учебного заведения. По началу она приходила туда только для того, чтобы купить бодрящий напиток (а иногда и побаловать себя десертом), но в один прекрасный день она взглянула на того, кто все эти два месяца отдавал ей белоснежную чашку из рук в руки.

Бариста с нежно-розовыми волосами и шоколадными глазами тепло улыбался каждый раз, отдавая заказ. Изо дня в день его улыбка становилась только ярче, а на кофейной пенке начали появляться сначала незамысловатые, а позже и необычные рисунки. Парень всегда громко здоровался, благодарил за посещение и прощался, весело махая рукой, и всё это так приелось, стало так привычно, что Т/И начала считать привлекательного работника своим другом.Лишний раз повторять просьбу не приходилось никогда: лишь завидев гостью, бариста тут же принимался за приготовление её излюбленного напитка, напевая какую-нибудь песню, которую Т/И потом обязательно слышала в автобусе, выпивая приготовленный со всей теплотой кофе.

Пару раз им довелось пересечься вне заведения, тогда они кивали друг другу, слегка улыбаясь, будто старые знакомые, а после расходились, всё ещё держа образы друг друга в своих мыслях. Т/И не была особым любителем шумных компаний и вечеринок, поэтому свободное время проводила за просмотром фильма или чтением книг. И именно в такие моменты, почему-то, ей хотелось обнять этого приветливого парня, от которого так и веяло уютом.

Но даже самой стабильной системе иногда нужен небольшой сбой...

В то утро девушка впервые за долгое время выбилась из графика: несмотря на то,что это было воскресенье, она подходила к кофейне намного позже обычного. То ли потому что будильник не достаточно убедительно звенел, то ли потому что монотонность стала невыносимой, Т/И успешно проспала на пару часов больше, чем обычно.

В состоянии сонного хомячка, она, абсолютно без макияжа, в растянутом свитере и с детским ободком на голове, ввалилась в помещение, вдыхая уже родной запах. Как обычно, всё тот же парень с самой лучезарной улыбкой на свете встречал её у барной стойки. Девушка медленно заползла на высокий стул и уложила голову на растянутые рукава. Такого расслабления она давно не чувствовала: бариста, по своему обыкновению, напевал мягким голосом песню из какого-то сериала, в сопровождении ненавязчивого шума, доносившегося с занятых мест. Пахло свежим кофе и немного корицей. Т/И на пару секунд закрыла глаза.

Кто-то убрал спадающие ей на лицо волосы, и невесомо провёл по щеке.

Девушка резко распахнула глаза и подскочила.

- Прости, - парень не выглядел виноватым: он широко улыбался, - ты слишком мило спала, я не мог тебя разбудить. - Т/И только смущённо отвела взгляд.

Он аккуратно придвинул ей чашку горячего кофе, на этот раз на пенке было выведено сердце. Вместе с напитком он поставил перед гостьей блюдце с круассаном, и вновь улыбнулся, прищурив блестящие глаза.

- За счёт заведения!

Девушка пробормотала еле слышное "спасибо" и с аппетитом принялась за бесплатный десерт. Бариста молча наблюдал, как заспанная Т/И уминает сладость, довольно чавкая и размахивая ногами, будто маленький ребёнок, а после подал ей чек и быстро скрылся за дверью, ведущей на кухню.

Оставив оплату другому работнику, девушка медленно вышла из кофейни, попутно вытирая руки. Её внимание привлекла надпись на одной из белых салфеток, что дал ей приветливый парень. На ней аккуратным почерком было выведено:

" Я могу готовить тебе этот кофе каждое утро, приносить в постель, и наслаждаться, наблюдая за тем, с каким удовольствием ты его пьёшь, только скажи."

ficbook.net

О кофе и немного о любви (но больше о кофе) — фанфик по фэндому «One Direction»

Статистика говорит, что 85 % всех людей планеты любит кофе - покрепче, послаще, погуще. И есть Гарри, который не только говорит (иногда он делает это весьма необдуманно), но и искренне верит, что лишь единственный человек на этой земле пьет свой, особенный кофе. И название ему - капучино с порцией эспрессо.

Ладно. Гарри просто старается быть настоящим мужчиной, но чаще всего растекается по кассовому аппарату при виде этого... любопытнейшего образца.

Так бывает, когда ты взял на себя ответственность за миссию по варке кофе. Так бывает, когда ты протаптываешь эту пару квадратных метров уютного бара лучшей кофейни города около полугода. Так бывает, когда ты - весьма симпатичный бариста, а кое-кто по ту сторону бара - он.

Он... Гарри не знает его имени, но это вовсе не кажется неудобным. Ведь ему известно нечто гораздо большее - кофе, который он очень любит.

Честно говоря, капучино с порцией эспрессо — довольно экзотическая смесь. Знаете, как мягкий клетчатый плед с колющимися краями, или уютное осеннее солнце и кусачий дождь, накрапывающий на левое плечо, одновременно...

И это всегда особенно.«Вам как обычно?»«Ваш кофе?»«Могу я упасть вам в ноги?»

Конечно, Гарри преувеличил. Последнего никогда не было и не будет, но Гарри хотел бы. Хотел бы коснуться этого серого свитера с черными шнурками, хотел бы взглянуть чуть дольше на линию челюсти или просто в глаза. Он ведь даже не идентифицировал цвет этих глаз до сих пор! Господи.

Гарри ужасно стыдно, но еще хуже - засматриваться на постоянного гостя дольше пяти секунд, ибо. Ну, знаете, Гарри - вежливый профессионал своего дела. У него уходит минута на варку идеального в мире кофе и ровно час, чтобы уснуть с мыслями о сером свитере. Вот же черт.

Гарри повезло: он весьма очарователен, но в то же время немного серьезен. В силу своего положения смеет носить на кудрявой головенке не относящуюся к униформе бандану всегда разного цвета и чуть навороченней, чем у других, персональный фартук. И улыбается он тоже по-особенному: так, будто ему всё можно.

— Не зависай, — Лиам ржет по ту сторону стола, но, знаете, пошел он. Гарри положен перекур раз в час и уход в объятия розовых грёз примерно на столько же.

Он встряхивает головой, наивно пытаясь выбросить оттуда мысли о капучино-плюс-эспрессо-равно-любовь, как вдруг появляется он. Снова! Вырастает перед баром, как по будильнику, будто телепортируется откуда угодно: с работы, с постели, с южных островов. Гарри немного сконфужен, если выпасть из жизни на пару секунд считается за «немного». Но в той же мере он достаточно ловок, чтобы поймать свою удачу за хвост и вежливо притянуть обратно.

— Вам как обычно?

Он улыбается. Это значит «да». Мысленно Лиам уже окольцовывает их, будучи в синей мантии.

— Готовы ли вы, Гарри Стайлс, варить кофе этому человеку вечно, в горе и радости, богатстве и бедности?...

— Да?...

— Что, простите?

Гарри опозоренной лепешкой падает на землю со своего седьмого облака, в то время как Лиам вежливо подпинывает его позади.

— Извините, — лицо Гарри являет собою всю палитру кроваво-красного. — Вам как обычно?

Это, конечно, лучшее, что Стайлс может ему предложить…

— Да, — слышит он, точно в бреду. — И еще, будьте добры, латте с карамелью.

Пардон…Что значит два кофе? Он что, кого-то угощать собрался?!

Гарри начинает пыхтеть как паровоз, но делает это максимально незаметно для внешнего мира. Он отбивает гостю чек, медленно протягивая его похолодевшей рукой, и внезапно — случайно, нежданно-негаданно — касается кончиками пальцев его горячей, точно врата ада, где Гарри сейчас пребывает, кожи.

Ох…

Гарри чувствует, как подпирает потолок своей ничтожности.

Гость ему улыбается. И улыбка его – точно острый клинок, внезапный по тонкой коже.

Гарри отправляется на бар, варить из кофейных зёрен свое собственное проклятие. Будь он трижды проклят… этот латте с карамелью… для кого бы он ни был… Он нарушил всю чертову систему! Он испортил всё! Гарри в ужасе, гневе и глубокой депрессии одновременно. Сегодня вечером он непременно скачает «Секс по дружбе» и проревёт весь оставшийся вечер в мысленных объятиях Джастина.

У него ничего не валится из рук – в конце концов, он мастер своего дела, но как же непросто усмирить собственный пыл! Совладать с собой, справиться с так предательски возникшей проблемой! Он… ведь он, оказывается, в мире не один, у него кто-то есть, он так же ест, спит, ходит за хлебом, сражается с собственными демонами… А не возникает лишь в их кофейне, исчезая следом для всего мира! А Гарри-то думал…

Ну, вот. Капучино с эспрессо уже готов. Его любимый момент соединения двух совершенно самостоятельных напитков – так, точно русло одной реки впадает в другую; словно чьи-то трепетные руки окунают тебя в уютные, ласковые объятия… Точно всё это сон… Короче, за своими раздумьями Гарри всё пропустил. Идиот.

Душевнобольной отдает кофе с бара в те самые руки, а их владелец благодарит его кротким «спасибо», но на деле – это взгляд палача, и вечное «ты никогда не узнаешь, как меня зовут». Гарри срочно нужно выйти…

Лиам, точно чувствуя приближение шторма, уже с беспокойным видом отдает и карамельный латте, и Гарри отчаянно хочется в него нассать. Вот так бесстрастно, бесстыдно, самодовольно…

Его след исчезает в новой волне людей, и Гарри тяжело вздыхает. Сегодня явно не его день.

А потом начинается самое, по меньшей мере, жестокое в мире издевательство. Он вновь наваливается на кудрявую голову спустя четыре часа – со словами «Не могу жить без вас долго», и ненароком Гарри принимает это на свой счет: сердечко внутри демонстрирует тройное сальто, колени подгибаются, а оставленный в стороне Лиам истерически лицезреет эту картину маслом.

И только бесконечные секунды спустя Гарри понимает, что вообще-то он говорит об их заведении, а не конкретно о человеке с бейджиком «Гарри» на левой лямке фартука.

— Нам очень приятно, — выдавливает из себя Гарри, рассчитывая гостя. — Напиток будет на барной стойке, — выдвигает он выученную наизусть фразу, что находится в топе вообще всех выражений в любой рабочий день. Гость кивает, а Гарри мысленно отпрашивается в ад. Лиам понимающе кивает.

И тут происходит немыслимое. Он несмело зовёт по ту сторону бара:

— Гарри!...

И тот оборачивается. Лиам едва ли не сваливает на ногу тачку для варки напитка богов.

— Да?

Гость вновь призывает его, но уже взглядом, и на ватных ногах Гарри подбирается в зону его комфорта, пытаясь при этом выглядеть как минимум ангелом «Виктории Сикретс». Удаётся с трудом.

Человек-Капучино несколько смущенно, но всё же спрашивает:

— Гарри, — и вновь эта конкретика, и Гарри, честно говоря, это так нравится, не считая того, что он ужасно сердит на него, — не могли бы вы… написать кое-что на стакане?

Лицо Гарри выражает… нечто странное; что-то между любопытством, непониманием, обожанием и желанием выпить.

— Просто, — продолжает это невероятное создание, — кофе не для меня, и я хотел бы...

Стоп.

Что значит — не для него?Господи…

— .. Я бы хотел, чтобы вы подписали стакан, как для «Эллен».

Гарри выпускает из груди весь кислород. Всё, что он чувствует сейчас, — полнейшее опустошение.

— Без проблем, — за него отвечает Лиам, едва ли касаясь Гарри локтем: тот отмирает. Отмирает, но не оживает, и зачем-то кивает. Просто так, в пустоту. В пустоту, в которую сам и превратился.

То есть, получается… Всё это время… Он покупал кофе не для себя. Он каждый чертов день ходит в эту теперь ненавистную Гарри кофейню лишь для того, чтобы купить свой кофе кому-то… Кофе, который стал для Гарри некоей формулой, своеобразным… заклинанием, вторым языком, на котором всё это время он с ним говорил.

Гарри создал его в своем воображении кем-то настолько особенным… кем-то, кто вот так изощряется, пьет капучино только с эспрессо или эспрессо, но не без капучино… что прямо сейчас, в этот самый момент, Гарри хочется рвано смеяться. Этого просто не может быть. Это практически невозможно!

— Тогда для кого же он? — вырывается так неуклюже и разбито, совсем не к месту и в виду долбанного любопытства, и Гарри осекается, глядя испуганными глазами на гостя. Но того, видимо, невозможно смутить хоть бы обнаженным видом Мадонны.

— Для Эллен, — картонно отвечает тот. Гарри моргает раз. Он же моргает два. — Это мой начальник, — нелепо поясняет тот, и пузырь терпения Гарри звонко лопается. — А я, вообще-то, кофе не люблю.

И тут-то Гарри понимает, что за всю свою жизнь он ни разу не видел, как он томно пробует первый глоток свежесваренного кофе, или сверкает взглядом при одном только виде готового стаканчика, или…

Короче говоря, сердце Гарри безнадежно падает в пятки. Всё, что когда-либо имело для него смысл, с треском рассыпается на мелкие осколки, о которые с легкостью можно порезаться. Случайно или нарочно. Господи…

«Эллен» — коряво выводит Гарри на фирменном стаканчике, дополняя про себя: Эллен, которая сегодня сломала ему жизнь. Гость принимает оба напитка без намека на то, что, откровенно говоря, ужасно оплошал. Лиам настраивается на серьезный разговор с Гарри по поводу его скорейшего отпуска, а последний слышит со стороны нечто самое абсурдное, что только может услышать в принципе:

— Кажется, у вас тут варят капучино с эспрессо. А так можно? — голос дебильно улыбается, как же. — И… если можно, будьте добры, подпишите стакан для Луи. Просто… меня зовут Луи… и вот.

Гарри ошеломленно поднимает взгляд.

ficbook.net

Чашка кофе — фанфик по фэндому «Видеоблогеры»

–Ты вообще спал? Затрудняясь ответить, Миша свернул диалог, оставив красоваться на полный экран ленту новостей. Чужая привязанность горчила на языке. А может, это кофе, разбавленный колой, оставил свой след, напоминая о целесообразности убеждения «спать ложиться уже смысла нет»? По-осеннему холодный для лета воздух хватал за волосы, тянул на балкон и далее, по накатанной, вниз, туда, где муравьиные тела людей рыщут в поисках смысла жизни.

Вдыхая Петербург, наполняя им легкие, пропитывая им каждую бунтующую клетку своего тела, он думал лишь только о том, что золотые рыбки должны исполнять желания, и то, что если рыбка перекрасилась в черный, это не дает ей прав поучать старика.

— Голова болит, не смог заснуть.Пока золотая-нет-черная рыбка не разразилась гневной тирадой о тщетности бытия, непосредственно из-за наличия в бытие таких непутевых друзей, Миша вышел из комнаты. Дошлепав до кухни, он нашарил где-то на полке пакетик растворимой сладкой бурды серовато-зеленого оттенка, с привкусом алюминиевой ложки и, не глядя, высыпал его в кружку.Скривившись от аромата, он поднес кружку ко рту, ощущая на лице теплое дыхание уходящего лета, спрессованного в серые гранулы, и сделал глоток.На ум сразу пришли строки из «Кофейной Книги»:

» — А любовь? Настоящая любовь?

— Настоящая любовь — это кофе, который варишь дома с утра. Свежемолотый, желательно вручную. С корицей, мускатным орехом и кардамоном. Кофе, рядом с которым надо стоять, чтобы не убежал, иначе безнадежно испортится вкус. Надо проследить, чтобы он поднялся три раза, потом налить ложку холодной воды в джезву, подождать пару минут, чтобы осела гуща. Кофе, который наливаешь в старую любимую чашку и пьешь, чувствуя каждый глоток, каждый день. Наслаждаясь каждым глотком.»

Горло приятно обжигало, а вкус показался не таким отвратительным.Вздохнув и пошлепав себя по щекам, Миша пошарил рукой у себя в морозилке и на полках. Ничего. Это серое ни-че-го било по желудку, а тот, в свою очередь, урчал и сворачивался внутри, словно подожженный полиэтиленовый пакетик.«Не удивлюсь, если он выглядит так же» — угрюмо фыркнул голодающий Поволжья, с силой захлопывая дверцу шкафчика.В холодильнике мышь повесилась, а жуки станцевали румбу на ее разлагающемся трупе.

— Еще и есть нечего, а партнерка только через три дня придет.

Нытье в социальных сетях не делает человека социальным. Скорее уж асоциальным.Сообщение прочитано, но ответа все нет.Даже друзья забили на маленькую мышку, которой только и остается, что повеситься. А лучшего места чем холодильник вряд ли найдешь.Угрюмо глядя на мокрые комки перьев, качающихся на проводах, блуждающих по подоконнику и в голове оставляющих свои следы, Миша лег на стол, прижимаясь разгоряченной щекой к холодному покрытию.Нас не сломить, однако желудок позорно пятится под ребра, пытаясь, кажется, выскользнуть наружу и убежать подальше от пропившего все деньги на СтарКоне непутевого хозяина.Трель дверного звонка заставляет вздрогнуть. Похоже, жуки пришли потанцевать на мышином трупе.Ан-нет, все гораздо хуже. Черная кошка не мигая смотрит в дверной глазок, надеясь уловить еле заметные движения полудохлой мыши.Хоть и под черной шерстью скрывается золотистый подшерсток.— Кто там?Шуршание полиэтилена заглушает и сжевывает ответ, хотя укрыть взволнованные интонации не может.

Открывая дверь, мышка ожидает получить когтистой лапкой по ебальничку, однако, в руки летит пакет, а кошка, довольно мурлыча, стаскивает с себя кеды.

— Ты чего пришел? — нарочито-ворчливо интонируя предательски дрожащим голосом, Миша ловит в воздухе летящую на крыльях осени куртку, вешая ее на вешалку прихожей. Две висящих куртки, словно одинокие висельники на дубе у реки. Отлично, чем больше самоубийц, тем меньше самоубийц.Даня лишь молча кивает на пакет, одиноко лежащий в дверях, как будто боящийся зайти в прихожую.Любопытство заставляет Мишу мельком заглянуть в пакет, прежде чем полиэтилен с шелестом вылетает из его рук, увлекаемый другими, чуть раскрасневшимися от холодного ветра руками.Широкими шагами пакет уносится на кухню, а Миша, словно робкая маленькая девочка в гостях, семенит следом, стараясь сохранить равновесие, как душевное, так и физическое.

— Ты придурок.Миша хмыкает, шлепаясь на стул.— Хорошее начало, мам.

Угрожающе развернувшись, Даня упирается руками в столешницу.— Поверь, будь тут твоя мама, она бы уже давно надавала тебе лещей. Я понимаю, что надраться на СтарКоне — замечательное времяпрепровождение, но ты не подумал, что тебе еще жить до маминого возвращения?Жесткие интонации буквально врезались в хрупкое тело, причиняя уже вполне физическую боль, от чего Миша даже поднял руки, выставляя их, как щит.Однако руки лишь безвольно опустились на колени.— Хотел бы слушать нотации от кого-либо, повесил бы на себя баннер — ПРОПИЛ ВСЕ ДЕНЬГИ НА СТАРКОНЕ, КАК ПОСЛЕДНИЙ УБЛЮДОК. Если ты пришел сюда нотации читать — дверь вон там!

Даня глубоко вздохнул, ущипнув себя за переносицу.

— Нет, славь скотч, что я пришел сюда совсем не по этому. Мне как будто делать больше нечего, кроме как читать тебе нотации и давать советы, к которым ты никогда не прислушиваешься — презрительно бросил он, резко схватил пакет и отвернулся.

Пакет приятно шуршал, напоминая что-то из детства.Миша угрюмо сидел, прислонившись плечом к стене, ощущая вибрации воды, текущей по трубам. Возможно, кто-то сейчас сидит и бьет по этим батареям гаечным ключом, что отдается в мозгу как «Ты тупой дегенерат», но это уже не важно — Миша обиделся.

В конце концов он демонстративно встал и, высоко подняв голову, ушел в свою комнату, громко хлопнув сначала открытой настежь входной дверью, а потом и дверью собственного пристанища.

Плашмя шлепнувшись на кровати, он запутался в пледе и угрюмо уставился в открытое окно. Воздух задувал, ероша волосы, которые довольно-таки сильно отросли.Подстричься что ли? Нет, сам себя подстрижет как бомжа, а кроме мамы никто этого сделать не сможет.Осознание собственной беспомощности пришло внезапно. Видимо, разгульная жизнь популярного видеоблоггера наложила на него отпечаток. Он перестал чувствовать страх, ведь ему все позволено. А вот Рэнделл… Он остался чистым для этого дерьма. Возможно, это из-за малого количества подписчиков и большого количества сил, которые он вкладывает в свой канал, но может и потому, что друг намного старше и мудрее. Немного старше. И много умнее.Пересилив себя, Миша попытался встать. Плед, словно вязкая субстанция, опоясал его, оплетая руки и ноги, сковывая. С нарастающей паникой Миша брыкался и дергался, пытаясь вырваться из заточения, но плед лишь сильнее сжимал его, не собираясь отпускать…

— МИША!

Совергон, громко вскрикнув, открыл глаза и тут же почувствовал боль в копчике и лопатках.Над ним со встревоженным лицом стоял Даня.

Сам же Миша валялся на полу, распластавшись, запутавшись в пледе. Судорожно вскочив, он нервно стянул с себя пушистую ткань и швырнул ее в угол кровати.

— Успокойся, это был всего лишь сон. — проникновенно сказал Даня, положив руку ему на плечо. Миша весь мелко дрожал.— Яа-а… Да, все норма-ально… — просипел он, судорожно вдыхая воздух.До ноздрей донесся восхитительный запах, исходивший из кухни.— Что это?Даня лишь улыбнулся и первым вышел из комнаты.

На столе дымилась чашка восхитительного ароматного кофе, а рядом стояла тарелка с чем-то несомненно съедобным.

Джезва остывала в раковине, а Мише на ум вновь пришли слова из Кофейной книги.

Теперь они обрели смысл.

Слово прости повисло в воздухе, забитое смехом и вдавленное в стену, за его ненужностью.Ведь дружба крепкая не сломается…

ficbook.net

Кофе — фанфик по фэндому «Лига справедливости»

Ночь… Тихая и спокойная, пугающая и завораживающая. Каждый знает, что в её черной как смоль темноте гулять не следует. Лучше просто пойти в теплый дом, включить телевизор и сесть на мягкий диван смотреть документальный фильм или увлекательную фантастику. Но всё это не для него.

Несколько лет он каждую ночь совершал опасные вылазки на темные улицы преступного города, чтобы сделать свой любимый дом безопаснее, чтобы по новостям больше не показывали громко плачущего ребенка и завернутые в белые простыни мертвые тела, которые раньше были любящими родителями.

Но сейчас стоит тот период времени, когда чувствуется долгожданный приятный отдых, а на компьютерах не показываются лица преступников, в очередной раз сбежавших из тюрьмы. Сколько бы ни было спокойствия, каждый член команды должен совершать установленное дежурство, от которого никуда не денешься.

Вот и Бэтмен должен отсидеть скучную ночь в одиночестве. Но он не жалуется. Одиночество всегда было его верным спутником, оно не орет истошно над ухом и не обижается, когда на него злобно посмотришь, мечтая прожечь в источнике головной боли широкую дырку. Но даже ему, кто всегда рад кроткой тишине и недолгому покою, сейчас хочется чьего-то присутствия. Точнее, присутствие рядом лишь одной знакомой, которая давно перешла жирную грань под названием «Друзья».

Хоть она и получила бесчисленное количество твердых отказов, Диана всё равно упорно идет вперед с обворожительной улыбкой на губах, заставляя Темного Рыцаря всё больше сомневаться в прочности своей выдержки. Куда бы он ни пошел, в его голове лишь её прекрасный образ, от которого становится и страшно, и хорошо одновременно. Именно поэтому Брюс не хочет, чтобы принцесса появилась рядом с ним именно сейчас, когда в просторной кухне Сторожевой башни тихо и спокойно, словно находишься в собственном большом особняке, где нет непрекращающихся разговоров о миссиях.

А странная идея под названием: «А почему бы не устроить дежурство на кухне?» принадлежит Кларку, который совсем не заметил хмурого взгляда летучей мыши, направленного точно в его большой затылок. Ведь ждать сонного Флэша, который бежит есть от бессонницы шоколадное печенье, - занимательное ожидание.

Глубоко вздохнув, Брюс направляет свой взгляд на серый потолок, со странным интересом рассматривая каждую царапинку или еле видные пятнышки. Черный капюшон, скрывающий на заданиях лицо, снят, ведь зайти сюда, кроме надоедливого бегуна, вряд ли кто-то может. Да и тонкий натренированный слух услышит шаги, отскакивающие эхом от стен штаба.

Устало потерев переносицу, Бэтмен глубоко зевает, прикрывая рот рукой. Лучше ночные миссии, чем скучное сидение на сером стуле и разглядывание бесчисленных мерцающих звезд. Звонкий стук каблуков приводит его в чувство, ведь этот такой знакомый звук он не перепутает ни с чем. Резко выпрямив спину, устало закрывает глаза от громкого гула в висках, ведь учили его родители, что нельзя садиться так резко.

- Брюс? – ему даже не нужно открывать глаза, чтобы узнать, кто явился к нему именно в такой неподходящий момент. – Сегодня твое дежурство?

- Да, - коротко бросает Бэтмен, не думая удосужить её даже мимолетным взглядом.

- А почему на кухне? – он полностью уверен, что правая бровь удивленно поднята вверх.

- Разбуди и спроси об этом Кларка, - ворчит мужчина, устало вставая со стула. – Ведь только ему могла придти такая замечательная идея.

- Можно вопрос? – неожиданно спрашивает собеседница, почти шокируя бедного Брюса, который от вопросов уже сыт, как жирный хомяк в благополучное время года.

- Задавай, - бросает он, направляясь к черному аппарату, от которого веет приятным запахом.

- Что такое кофе?

Резко остановившись, да так, что подошва громко проскрипела по металлическому полу, Брюс в первый раз за весь их разговор поворачивается к ней, стараясь скрыть свое удивление. Диана почти год находится в Человеческом мире, но даже не слышала об этом ароматном напитке?

- Нет, я видела во многих фильмах, что кофе – это тонизирующий напиток, - увидев его удивленное лицо, быстро поясняет принцесса. – Но я никогда его не пробовала.

Но быстрого ответа она не получит. Ведь Бэтмен снова попал в сети голубых глаз, похожих на ясное небо без единого облачка, и горящих искр в них, так похожих на детский блеск в глазах. Наливая себе стакан холодной воды, Брюс думает лишь о том, как убрать из головы такую глупую мысль, что точно будет преследовать его.

- Я могу тебе помочь, принцесса, - наконец, выдавливает он, прогоняя из её мыслей беспокойство о нем. – Видишь этот черный аппарат? – показывая указательным пальцем на кофеварку, спрашивает он, подходя к мучительнице своей выдержки.

- Да, - устремляя ясные глаза на машину, изготавливающую горячий напиток, четко проговаривает Диана.

- Благодаря ей ты сейчас сможешь попробовать почти все виды кофе, - с легкой улыбкой на губах уверенно произносит Бэтмен. – А мои слова даже не будут нужны.

Брюс быстро разворачивается, заставляя черный плащ еле слышно зашуршать, и уходит в сторону дверей, надеясь найти другой пост для дежурства и мысленно говоря себе, что уходит он не из-за нее. Бояться какой-то девушки, даже пусть она и является амазонкой, - непристойно для Темного Рыцаря.

- Брюс, - умоляюще зовет Диана. – Мне нужна помощь.

- Инструкция, принцесса, - голосом, не терпевшим глупых отговорок, коротко, почти грубо отвечает он.

- Но её здесь нет.

И снова режущий слух противный скрип подошвы, и снова Бэтмен поворачивается к ней, стараясь скрыть раздражение. Но больше всего Брюс старается скрыть непонятный страх перед неизвестностью, ведь у нее великолепный ум, она может придумать многое. Чертыхнувшись, Темный Рыцарь подходит к кофеварке, думая о победном триумфе, когда рядом с машиной будут лежать пожелтевшие листки бумаги. Но их там не оказывается, есть лишь сам чертов аппарат, от которого его самообладание сходит на нет.

- Уолли, - почти рычит мужчина, готовый просто взять и заявиться к спринтеру, требуя обратно инструкцию, что тот так часто использует вместо тарелки. – Я убью его…

- Ну так что? – заинтересованно спрашивает амазонка, медленно подходя к нему. – Научишь?

- Нет, - моментально отвечает он, готовый снова развернуться.

- Но, Брюс, - поджав нижнюю губу, умоляет Чудо Женщина. Так себя вести она может только рядом с ним. – Ну, пожалуйста.

И снова она напоминает ему маленького ребенка, который хочет что-то новое. Стараясь не смотреть в её лазурные глаза, Бэтмен плотно сжимает кулаки и грозно смотрит на нее. И снова ничего. Взгляд пугает даже Супермена, но только не её, такую уверенную себе девушку, готовую сражаться за тот мир, в котором живут те лживые существа, от которых Боги и скрыли её райский дом. Одно из достоинств, которое его поразило с самого начала.

- Хорошо, - сквозь зубы цедит Брюс, стараясь не замечать комок чувств, радующихся в груди.

- Но у меня есть кое-что еще, - хитро улыбаясь, тянет Диана каждое слово, нервируя товарища по команде еще больше. – Ты будешь пробовать всё вместе со мной.

- Исключено, - мотнув головой, всё так же ворчит он, подходя к кофеварке.

- Да-да, - весело твердит Чудо Женщина за его спиной. – Ты будешь пить всё вместе со мной.

- Принцесса, - угрожающе шипит Темный Рыцарь, насыпая темные зерна и нажимая на кнопку запуска.

- Брюс, - в тон отвечает она.

Хочется сказать ей, что на его здоровье такое большое количество кофеина хорошо не отразится, но снова поднимать вечную тему о его уязвимости Брюс не желает. Стуча пальцами о гладкую поверхность стола, Бэтмен обреченно понимает, что голубые глаза без капельки стыда сверлят его затылок.

- Я буду пить только эспрессо, - уверенно отнекивается супергерой, не поворачиваясь к ней.

А в ответ долгожданная тишина. Знает ведь, что виды кофе Диана даже в глаза не видела, так что ответить что-то она не может. Один – ноль. В его пользу, конечно. А принцесса с глубоким интересом наблюдает за действием кофеварки, от которого на кухне стоит невыносимый гул. Слышится щелчок, и Брюс, налив в белую фарфоровую чашку черного кофе, уверенно, будто ничего не замечая, садится на стул.

Диана принюхивается, хоть это и не нужно, ведь благоухающий аромат настолько лезет в нос, что хочется громко чихнуть. А Бэтмен, наслаждаясь неким ступором амазонки, спокойно берет серебряную ложечку и равномерно перемешивает золотисто-ореховую пенку, ведь великолепный вкус сконцентрирован именно в ней.

- Ну, что ж, принцесса, - обращается он к ней, старясь скрыть свой триумф. – Какой кофе будешь? Латте? А, может, айриш? Хотя не думаю, что ты где-то здесь найдешь алкоголь. – Будто разговаривая о привычных вещах, поясняет Брюс.

- Мне твой, - стараясь не замечать настойчивого аромата, уверенно отвечает Диана. – И я хочу его прямо сейчас, - приказным тоном добавляет она, показывая ему, что его собеседница всё же не оставила свой титул.

- Подойди и возьми, - с легкой усмешкой на губах предлагает Темный Рыцарь, с еле слышным звоном опуская ложечку на белое блюдце.

Брюсу начинает нравиться её хитрая игра, но играть он будет по своим правилам, сохраняя четкую дистанцию между ними. Чудо Женщина получит всё, чего так желает, ведь у них еще вся ночь впереди.

Немного помедлив и удивившись его словам, что так несвойственны для него, амазонка подходит к нему и опускается на противоположный серый стул. А Бэтмен просто ждет, пристально наблюдая за ней взглядом, в котором невозможно что-либо прочитать или узнать о его скрытных намерениях. Чувствуя себя немного неуютно, Диана аккуратно, чтобы не обжечься, берет пальцами чашку, замечая, что она приятно согревает руки. Подув, делает глоток и осторожно глотает, чувствуя, как горячий кофе немного обжег язык. Но это не самое страшное, ведь ароматный напиток слишком горький для нее. С громким звоном оставляя фарфоровую чашку на металлическом столе, Чудо Женщина, не обращая внимания на манеры, отплевывается от противного вкуса горечи.

- Он… слишком горький, - передергивая оголенными плечами, еле слышно выдавливает она, не прекращая попытки избавиться от горького привкуса во рту.

- Значит, несколько видов мы сразу вычеркиваем, - возвращая кофе себе, уверенно заключает Брюс такой прямой факт.

- Может, есть более легкое? – с надеждой спрашивает Диана, с глубоким вздохов усаживаясь напротив.

- Есть, - подтверждает Бэтмен, делая небольшой глоток, даже не морщась. – Но делать их слишком долго.

- Ты просто ничего готовить не умеешь без Альфреда, - стараясь его поддеть, бурчит обиженная амазонка, ведь можно было сказать, что горчит этот крепкий кофе.

- Почему же? – приподняв правую бровь и отрываясь от крепкого напитка, спрашивает Брюс. – Умею, но делать его ночью у меня нет ни малейшего желания.

- Даже мне? – как-то по-детски спрашивает она, смотря на серебряные звезды печальным взглядом.

А вот тут Брюс ответить что-нибудь колкое не может. А ведь так хотел сыграть именно по своим правилам. Но снова принцесса легко использует природное обаяние, от которого все мужчины падают замертво к её ногам. Одно его лишь радует. Он смог продержаться хотя бы несколько минут.

Обреченно вздохнув, оставляет черный кофе и уходит к верхним тумбочкам, надеясь найти то, что может помочь. Позабыв о маленьких звездах, Диана с интересом наблюдает за ним, думая, что Бэтмен хочет найти нечто вкусное. Когда она попала в этот странный мир, её вкусовые рецепторы были удивлены разнообразными вкусами настолько сильно, что поначалу амазонка хотела просто остаться в каком-нибудь кафе и заказать всё, что имеется у него в запасе. Но помешал вездесущий хмурый Бэтмен, который смог расплатиться за то, что она с успехом успела заказать.

От мыслей Чудо Женщину отвлекает шум закрывающейся дверцы. Подняв на Брюса глаза, она, к её сожалению, не может разглядеть что-то коричневое в его руках. И последующие действия, которые сопровождаются противным жужжанием, Диана узнать так же не может, ведь обзору мешает широкая спина. Ей остается только подпереть руками подбородок и мучительно ожидать, сея в голове сотню мыслей.

- Держи, - через несколько долгих минут перед ней появляется высокий стеклянный бокал, где видны несколько темных и светлых слоев, названия которых она не знает.

- Это взбитые сливки? – вспоминая пышный торт, который пробовала на Дне рождении Флэша, удивленно спрашивает принцесса.

- Да, - занимая свое место, подтверждает Темный Рыцарь её догадку.

- Разве так можно? – притягивая вкусный напиток к себе, интересуется амазонка.

- Если можно добавлять в кофе виски, то почему бы не добавить и взбитых сливок? – вопросом на вопрос отвечает он, делая большой глоток из уже остывшего эспрессо. – Пей, принцесса.

Собрав сливочное лакомство ложечкой, Диана делает аккуратный глоток, помня о первой неудачной попытке. К её удивлению, не было той сильной горечи, лишь пикантная горчинка. А горячий шоколад только дополняет её, придавая особенный изысканный вкус. Забыв обо всем, она медленно, наслаждаясь каждым глотком, выпивает горячий напиток, совершенно не замечая пристального взгляда Брюса.

- Как он называется? – делая последние маленькие глотки, спрашивает амазонка.

- Мокко, - оставляя свою чашку, немного глухо отвечает Бэтмен. – Я смотрю, тебе понравилось.

- Будто такой вкус может кому-то не понравиться, - с полной уверенностью заявляет его подруга, вставая из-за стола и медленно, как большая кошка, приближаясь к нему.

- Вот и славненько, - быстро вставая, четко проговаривает он каждое слово, намекая, что близко ей лучше не подходить. – Там еще немного осталось.

- Вот и славненько, - с хитрой улыбкой повторяет Диана, подойдя почти вплотную. – Не думала, что ты так хорошо готовишь кофе.

- Ты многого обо мне не знаешь, принцесса.

И они оба знают, что в этом предложение имеется двойной смысл. Она, откинув черный локон, приближается к нему, надеясь, что его руки её не оттолкнут. Но он и не собирается. Устал убегать, зная, что всё равно догонят. Поэтому руки сами опускаются на тонкую талию и притягивают к нему, а губы резко опускаются на её, такие мягкие и манящие. Удивлена, но всё равно отвечает, чувствуя знакомую горечь крепкого кофе. А он смакует вкус шоколада, вдыхая привычный запах, смешавшийся с ароматом кофе.

- Вау, - слышится со стороны больших дверей удивленный возглас.

Отскакивают друг от друга, как подростки. А нарушителем их уединения оказывается Уолли, который во все глаза смотрит на них.

- Что? – прерывая тишину, рычит Брюс, угрожающе смотря на спринтера.

- Я тут решил за печеньками сходить, - поднимая руки вверх, тараторит Флэш. – Вы продолжайте.

С этим пожеланиям бегун благополучно сматывается, оставив их снова наедине. Но той теплой и уверенной атмосферы больше не наблюдается, лишь некий стыд висит в воздухе, которые вот-вот загорится, настолько сильно он наэлектризован. Чувствуя на своих губах вкус некой законченной свежести, Диана с хитрой улыбкой на губах поворачивается к мученику, который знает, что ей нужно больше всего.

- Можно ли смешать два абсолютно разных кофе? – с хитринкой в голосе спрашивает она, обнимая его мускулистую шею.

- Конечно, можно, принцесса.

ficbook.net


Смотрите также