Читать онлайн "Кофе, можжевельник, апельсин (СИ)" автора Ролдугина Софья Валерьевна - RuLit - Страница 1. Можжевеловый кофе


Кофе, можжевельник, апельсин читать онлайн, Ролдугина Софья Валерьевна

Софья Ролдугина

История одиннадцатая. Кофе, можжевельник, апельсин

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку.

Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок.

Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть о том, чтобы оставить без присмотра мальчиков Андервуд-Черри, а значит с нами ехал бы и Клэр вместе с камердинером Джулом. Лиама мне оставлять не хотелось, но раз Паола настаивала на том, что образование должно быть непрерывным, то пришлось бы отправиться в путь и ей. Лайзо я, разумеется, брать не собиралась, иначе Клэр бы утопил меня в сарказме, а это, право, очень дурная смерть.

Итого – восемь человек, включая нас с Мэдди, и Эллис девятый.

Дядя Рэйвен, разумеется, не одобрил бы такое «посольство», однако спрашивать его разрешения я и не собиралась. Уже готово было письмо с уведомлением о том, что я-де буду отсутствовать в Бромли чуть больше недели. Юджиния обещала направить его ближе к вечеру, в день отъезда – прекрасный способ одновременно и вежливо предупредить о своих планах, и благополучно избежать нотаций.

Мадлен приняла известие о скорой поездке с благодарной улыбкой, немного пугавшей меня все последние дни; дядя Клэр – со смирением. Эллис же, заполучив моё согласие, к большому удивлению, не стал просить денег на железнодорожный билет.

– За меня заплатит друг. В обмен на небольшую услугу, – загадочно произнёс детектив, пробудив целый сонм подозрений.

– Надеюсь, этот друг – не доктор Брэдфорд? И он не едет с вами в качестве той самой «услуги»?

Зрачки у Эллиса расширились, подтверждая самое худшее: я случайно угадала какую-то часть из его плана, но вот какую…

– Нет, – произнёс он наконец с плутовской лисьей улыбкой. – Не Нэйт. У Нэйта работа. Но вам понравится сюрприз.

– Позвольте усомниться.

– Позволяю, – великодушно разрешил Эллис.

Но это было позавчера, а сегодня, ясным холодным утром, мы прибыли на вокзал – в наёмном кэбе и на моей прекрасной «Железной Минни». Лайзо и Джул погрузили наши вещи в поезд, а затем Лайзо вернулся в особняк. Признаться, мне было немного одиноко – первые две минуты, пока Лиам не опомнился от удивления и не начал заваливать нас всех вопросами о вагонах и железных дорогах.

Через четверть часа появился проводник и, рассыпаясь в извинениях, сообщил, что отправление поезда откладывается приблизительно на сорок минут. Я, честно говоря, надеялась, что к нам в купе заглянет Эллис и расскажет, как он устроился. Но, видимо, пассажиров третьего класса не допускали в вагоны первого.

«Ничего, – подумалось мне. – Так или иначе, мы встретимся на вокзале в Валтере».

Если бы я только знала, что меня ждёт в родном замке!

Впрочем, пока ничего не предвещало ни катастроф, ни хотя бы заурядных приключений с риском для жизни. Если мы и страдали в дороге, то разве что от скуки: ехать пришлось долго, а захватить книгу догадалась только Паола, и потому время тянулось бесконечно.

Сам поезд показался мне весьма комфортным. В купе для пассажиров первого класса помещалось четыре человека. Так как Эллис ехал третьим классом, нас осталось всего восемь, поэтому достаточно было взять два купе. В одном обосновался Клэр со своим камердинером, Кеннет и Чарльз. Во втором – Паола, Лиам, Мэдди и я. Обстановка была роскошной, на грани безвкусицы: отделка бархатом и красным деревом, серебряное шитьё на портьерах, массивный стол «под старину» и четыре мягчайших кресла, так и манивших прикрыть глаза и подремать. Мэдди с Лиамом устроились у окна, по-детски непосредственно глазея на пейзажи. Паола сразу же углубилась в роман. Я сперва читала газету, услужливо поднесённую проводником, потом некоторое время промаялась от безделья – и, смирившись со своей натурой, наконец достала из саквояжа записную книжку с вложенным письмом от управляющего и начала заново пересчитывать смету.

В соседнем купе, где ехал Клэр с внуками и Джулом, царила такая же скучная тишина.

Чем дальше мы отъезжали от Бромли, тем безмятежней становились пейзажи. Слякотный, грязный пригород сменился полями, едва-едва прикрытыми снегом. Затем настал черёд холмов, бурых с южной стороны и белых – с северной. После мы неожиданно ворвались в такую густую метель, что всё за окном слилось в непроглядную белесоватую муть. И, где бы ни проезжал дальше наш поезд, лесами ли, лугами ли – всюду лежал пышный снежный ковёр.

Через некоторое время нам в купе доставили ланч из вагона-ресторана, как я и просила заранее. Пространство мгновенно напиталось запахами кофе, горячего шоколада, молока и выпечки, пусть и не столь изысканных, как в «Старом гнезде», зато с тем особенным привкусом авантюры, свойственным любому путешествию. После трапезы Паола наведалась в купе Клэра и вернулась с шахматной доской, набором фигурок в мешочке.

– Будем учиться полезной игре. Не терять же время п ...

knigogid.ru

Кофе, можжевельник, апельсин читать онлайн

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку.

Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок.

Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть о том, чтобы оставить без присмотра мальчиков Андервуд-Черри, а значит с нами ехал бы и Клэр вместе с камердинером Джулом. Лиама мне оставлять не хотелось, но раз Паола настаивала на том, что образование должно быть непрерывным, то пришлось бы отправиться в путь и ей. Лайзо я, разумеется, брать не собиралась, иначе Клэр бы утопил меня в сарказме, а это, право, очень дурная смерть.

Итого – восемь человек, включая нас с Мэдди, и Эллис девятый.

Дядя Рэйвен, разумеется, не одобрил бы такое «посольство», однако спрашивать его разрешения я и не собиралась. Уже готово было письмо с уведомлением о том, что я-де буду отсутствовать в Бромли чуть больше недели. Юджиния обещала направить его ближе к вечеру, в день отъезда – прекрасный способ одновременно и вежливо предупредить о своих планах, и благополучно избежать нотаций.

Мадлен приняла известие о скорой поездке с благодарной улыбкой, немного пугавшей меня все последние дни; дядя Клэр – со смирением. Эллис же, заполучив моё согласие, к большому удивлению, не стал просить денег на железнодорожный билет.

– За меня заплатит друг. В обмен на небольшую услугу, – загадочно произнёс детектив, пробудив целый сонм подозрений.

– Надеюсь, этот друг – не доктор Брэдфорд? И он не едет с вами в качестве той самой «услуги»?

Зрачки у Эллиса расширились, подтверждая самое худшее: я случайно угадала какую-то часть из его плана, но вот какую…

– Нет, – произнёс он наконец с плутовской лисьей улыбкой. – Не Нэйт. У Нэйта работа. Но вам понравится сюрприз.

1

ruslib.net

Читать онлайн "Кофе, можжевельник, апельсин (СИ)" автора Ролдугина Софья Валерьевна - RuLit

Annotation

Добро пожаловать в Великую Аксонскую Империю!

Здесь по улицам все еще раскатывают и кэбы, и омнибусы, но под славным городом Бромли уже шумит метро. Здесь в переулке можно встретить бродячую гадалку или графиню, а если не повезет – получить ножом в бок. Здесь проходит рубеж веков – и за эпохой лошадей наступает эпоха паровозов, а следом уже спешат, подгоняя прогресс нетерпеливыми гудками, первые электромобили.

Здесь леди Виржиния-Энн пригласит вас в свою кофейню «Старое гнездо» на чашечку превосходного кофе – если, конечно, вам повезет.

Детектив и мистика, старый век и новый, ужасные преступления и блеск высшего света – все это Кофейные Истории!

Заходите на чашечку кофе!

Адвокат леди Виржинии, мистер Панч, отправляет ей тревожное письмо: ремонт замка приостановлен по «мистическим причинам». Рабочие слышат странные звуки, а кое-кто даже сходит с ума от пережитого ужаса… В ближайшей деревне поговаривают, что виноваты в этом потревоженные духи.

Однако разве когда-то настоящую леди пугала третьесортная мистика? И вот бесстрашная Виржиния в компании домочадцев отправляется в родной замок, дабы своими глазами убедиться, что никаких потревоженных духов там и в помине нет. А сопровождает её детектив Эллис, у которого есть свои причины на некоторое время покинуть Бромли.

Но что это?.. Нелегальный пассажир в поезде?

Старый знакомый – или?..

Софья Ролдугина

Софья Ролдугина

История одиннадцатая. Кофе, можжевельник, апельсин

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку.

Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок.

Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть о том, чтобы оставить без присмотра мальчиков Андервуд-Черри, а значит с нами ехал бы и Клэр вместе с камердинером Джулом. Лиама мне оставлять не хотелось, но раз Паола настаивала на том, что образование должно быть непрерывным, то пришлось бы отправиться в путь и ей. Лайзо я, разумеется, брать не собиралась, иначе Клэр бы утопил меня в сарказме, а это, право, очень дурная смерть.

Итого – восемь человек, включая нас с Мэдди, и Эллис девятый.

Дядя Рэйвен, разумеется, не одобрил бы такое «посольство», однако спрашивать его разрешения я и не собиралась. Уже готово было письмо с уведомлением о том, что я-де буду отсутствовать в Бромли чуть больше недели. Юджиния обещала направить его ближе к вечеру, в день отъезда – прекрасный способ одновременно и вежливо предупредить о своих планах, и благополучно избежать нотаций.

Мадлен приняла известие о скорой поездке с благодарной улыбкой, немного пугавшей меня все последние дни; дядя Клэр – со смирением. Эллис же, заполучив моё согласие, к большому удивлению, не стал просить денег на железнодорожный билет.

– За меня заплатит друг. В обмен на небольшую услугу, – загадочно произнёс детектив, пробудив целый сонм подозрений.

www.rulit.me

Читать онлайн книгу «Кофе, можжевельник, апельсин» бесплатно и без регистрации — Страница 1

Софья Ролдугина

История одиннадцатая. Кофе, можжевельник, апельсин

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку.

Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок.

Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть о том, чтобы оставить без присмотра мальчиков Андервуд-Черри, а значит с нами ехал бы и Клэр вместе с камердинером Джулом. Лиама мне оставлять не хотелось, но раз Паола настаивала на том, что образование должно быть непрерывным, то пришлось бы отправиться в путь и ей. Лайзо я, разумеется, брать не собиралась, иначе Клэр бы утопил меня в сарказме, а это, право, очень дурная смерть.

Итого – восемь человек, включая нас с Мэдди, и Эллис девятый.

Дядя Рэйвен, разумеется, не одобрил бы такое «посольство», однако спрашивать его разрешения я и не собиралась. Уже готово было письмо с уведомлением о том, что я-де буду отсутствовать в Бромли чуть больше недели. Юджиния обещала направить его ближе к вечеру, в день отъезда – прекрасный способ одновременно и вежливо предупредить о своих планах, и благополучно избежать нотаций.

Мадлен приняла известие о скорой поездке с благодарной улыбкой, немного пугавшей меня все последние дни; дядя Клэр – со смирением. Эллис же, заполучив моё согласие, к большому удивлению, не стал просить денег на железнодорожный билет.

– За меня заплатит друг. В обмен на небольшую услугу, – загадочно произнёс детектив, пробудив целый сонм подозрений.

– Надеюсь, этот друг – не доктор Брэдфорд? И он не едет с вами в качестве той самой «услуги»?

Зрачки у Эллиса расширились, подтверждая самое худшее: я случайно угадала какую-то часть из его плана, но вот какую…

– Нет, – произнёс он наконец с плутовской лисьей улыбкой. – Не Нэйт. У Нэйта работа. Но вам понравится сюрприз.

– Позвольте усомниться.

– Позволяю, – великодушно разрешил Эллис.

Но это было позавчера, а сегодня, ясным холодным утром, мы прибыли на вокзал – в наёмном кэбе и на моей прекрасной «Железной Минни». Лайзо и Джул погрузили наши вещи в поезд, а затем Лайзо вернулся в особняк. Признаться, мне было немного одиноко – первые две минуты, пока Лиам не опомнился от удивления и не начал заваливать нас всех вопросами о вагонах и железных дорогах.

Через четверть часа появился проводник и, рассыпаясь в извинениях, сообщил, что отправление поезда откладывается приблизительно на сорок минут. Я, честно говоря, надеялась, что к нам в купе заглянет Эллис и расскажет, как он устроился. Но, видимо, пассажиров третьего класса не допускали в вагоны первого.

«Ничего, – подумалось мне. – Так или иначе, мы встретимся на вокзале в Валтере».

Если бы я только знала, что меня ждёт в родном замке!

Впрочем, пока ничего не предвещало ни катастроф, ни хотя бы заурядных приключений с риском для жизни. Если мы и страдали в дороге, то разве что от скуки: ехать пришлось долго, а захватить книгу догадалась только Паола, и потому время тянулось бесконечно.

Сам поезд показался мне весьма комфортным. В купе для пассажиров первого класса помещалось четыре человека. Так как Эллис ехал третьим классом, нас осталось всего восемь, поэтому достаточно было взять два купе. В одном обосновался Клэр со своим камердинером, Кеннет и Чарльз. Во втором – Паола, Лиам, Мэдди и я. Обстановка была роскошной, на грани безвкусицы: отделка бархатом и красным деревом, серебряное шитьё на портьерах, массивный стол «под старину» и четыре мягчайших кресла, так и манивших прикрыть глаза и подремать. Мэдди с Лиамом устроились у окна, по-детски непосредственно глазея на пейзажи. Паола сразу же углубилась в роман. Я сперва читала газету, услужливо поднесённую проводником, потом некоторое время промаялась от безделья – и, смирившись со своей натурой, наконец достала из саквояжа записную книжку с вложенным письмом от управляющего и начала заново пересчитывать смету.

В соседнем купе, где ехал Клэр с внуками и Джулом, царила такая же скучная тишина.

Чем дальше мы отъезжали от Бромли, тем безмятежней становились пейзажи. Слякотный, грязный пригород сменился полями, едва-едва прикрытыми снегом. Затем настал черёд холмов, бурых с южной стороны и белых – с северной. После мы неожиданно ворвались в такую густую метель, что всё за окном слилось в непроглядную белесоватую муть. И, где бы ни проезжал дальше наш поезд, лесами ли, лугами ли – всюду лежал пышный снежный ковёр.

Через некоторое время нам в купе доставили ланч из вагона-ресторана, как я и просила заранее. Пространство мгновенно напиталось запахами кофе, горячего шоколада, молока и выпечки, пусть и не столь изысканных, как в «Старом гнезде», зато с тем особенным привкусом авантюры, свойственным любому путешествию. После трапезы Паола наведалась в купе Клэра и вернулась с шахматной доской, набором фигурок в мешочке.

– Будем учиться полезной игре. Не терять же время понапрасну, – строго уведомила она Лиама, а недочитанный роман отдала Мэдди. Та, похоже, успела изрядно заскучать, а потому вцепилась в книгу с неприличной поспешностью.

Перелистывая в очередной раз опостылевшую смету, я подумала, что любовь к литературе – не самая скверная привычка. По крайней мере, в дороге.

Лишь одно событие нарушило монотонность путешествия.

Приблизительно через три с половиной часа после отбытия из столицы поезд затормозил, причём достаточно резко. С шахматной доски упало несколько фигур – на радость Лиаму, который уже прощался со своим королём.

– Неужели авария? – нахмурилась Паола. – Лиам, немедленно верни пешку на место. Я видела, как ты переставил её.

– Надеюсь, что нет, – пожала я плечами. – Действительно, Лиам, стыдно жульничать в такой благородной игре. Неужели дурное влияние дяди Клэра передаётся даже через его шахматы?

Мальчик густо покраснел и двинул пешку обратно.

Некоторое время мы провели в неведении. Затем мне это надоело, и я вместе с Мадлен наведалась в соседнее купе, надеясь, что дядя или его камердинер могли что-то уже разузнать.

Однако мои ожидания не оправдались.

Клэр, облачённый в простой тёмный дорожный костюм, дремал в кресле, по-юношески гибко подогнув под себя одну ногу. Снилось ему, вероятно, нечто очень приятное, потому что губы у него подрагивали, словно в беззвучном шёпоте, а скулы розовели. Джул тихим, но хорошо поставленным низким голосом читал детям роман о приключениях странствующего принца Гая – готова спорить, что мальчики заинтересовались книгой после восхищённых рассказов Лиама.

Увидев меня, камердинер тут же умолк, а лицо его вновь лишилось всякого выражения. Мадлен стушевалась и юркнула обратно в коридор.

Наступила крайне неловкая пауза.

– Поезд резко остановился, – произнесла я, чтобы хоть как-то нарушить тишину. – Я волновалась за племянников… Чарльз, Кеннет, вы в порядке?

– Да, мэм, – откликнулись мальчики хором и опять выжидающе уставились на Джула, который так и не выпустил книжку из рук. Клэр продолжал безмятежно спать, и дыхание его оставалось таким же размеренным, как и минуту назад.

– Что ж, прекрасно, – сказала я, окончательно растерявшись. Будить дядю отчего-то было неудобно, а просить Джула разузнать, что произошло с поездом – тем более. – Прекрасно, – повторила я и добавила чуть громче: – Хотя, честно признаться, мне было бы гораздо спокойнее, если бы я знала, почему мы остановились.

Чарли, точная копия Клэра, переглянулся с младшим братом, снова грустно посмотрел на книжку, а затем юркнул под стол и вынырнул уже с противоположной стороны.

– Па-ап, – потянул он за штанину Клэра. – Па-ап, почему стоим?

– Не «па-ап», а «сэр», и вообще я уже почтенный дедушка, – хрипло пробормотал тот, кажется, не совсем проснувшись. Потом с некоторым трудом разомкнул веки, поморгал, разглядел меня и смешно сдвинул брови: – Дорогая племянница? Что вы делаете у меня… ах, да, мы же едем в поезде.

Только накопленное за годы управления кофейней самообладание не позволило мне в этот момент рассмеяться. Хотя ямочки от улыбки, боюсь, всё же обозначились на щеках.

– В поезде, однако не едем, – поправила я его. – Стоим посреди леса уже с четверть часа. Мне стало немного не по себе, вот я и решила навестить… своих племянников.

Клэр, естественно, истолковал мои слова абсолютно верно.

– Джул, – коротко то ли позвал, то ли приказал он. Камердинер молча кивнул, поднялся и вышел из купе, скользнув мимо меня с грацией, необычной для человека столь большого роста и атлетического сложения. – Не извольте волноваться, драгоценная моя племянница, – добавил Клэр, с трудом подавив зевок. – Возвращайтесь в купе и ждите. И компаньонку свою заберите – невыносимо, когда кто-то так робко топчется на пороге.

Мадлен беззвучно охнула и прикрыла рот ладошкой. Я ободряюще улыбнулась и качнула головой, словно говоря: «Ты же знаешь, какой у него характер». Затем мы вернулись к себе.

Долгое время, почти сорок минут, ничего не происходило. Иногда слышались недовольные голоса вдалеке, окрики, несколько раз кто-то громко свистел, наподобие бромлинских «гусей». Однако вагонов первого класса эта суета будто бы и не касалась. Затем поезд тронулся, а вскоре к нам постучался Клэр.

– Там ловили нелегального пассажира. Кажется, он пытался убежать во время проверки билетов и упал под колёса, – манерно сообщил дядя. – Надеюсь, умер, потому что другой судьбы такой неудачник и не заслуживает. Труп, к сожалению, не нашли. Если беспокоитесь, прелестная моя племянница, то просто заприте купе на щеколду и дождитесь прибытия. До станции ехать не так уж долго.

Первая мысль у меня была, что это Крысолов тайком пробрался в багажный вагон, но я сразу же отмела её: мистических существ не ловят проводники и уж тем более не сбрасывают их на рельсы. Эллис… Эллиса бы вряд ли приняли за нелегального пассажира, ведь билет у него был.

Абени? Сам Валх или очередной его «слуга»?

Похоже, что выражение лица у меня стало крайне обеспокоенным, поэтому Мэдди не выдержала и дотронулась до моего плеча.

– Всё в порядке, – улыбнулась я, отгоняя тревожные мысли. – Мы просто последуем совету дяди Клэра. Мэдди, закрой дверь на щеколду, пожалуйста. Никто ведь не хочет прогуляться до вагона-ресторана?

Паола только покачала головой, изучая расстановку фигур на шахматной доске, а Лиам грустно вздохнул: кажется, он был не прочь променять трудную игру на очередную порцию чая и пирожных.

К счастью, до самого конца поездки больше ничего загадочного не произошло.

На станцию Уайтхилл мы прибыли уже после наступления темноты. В отличие от громадного вокзала Бромли, она освещалась одним-единственным тусклым фонарём на кривом столбе в начале перрона, около домика смотрителя. Кроме нас здесь сошли ещё человек пятнадцать, исключительно пассажиры третьего класса. Оказавшись на перроне, я стала оглядываться по сторонам в поисках Эллиса, когда меня внезапно окликнули знакомым голосом:

– Позволите ваш саквояж, леди Виржиния?

– Мистер Маноле! – обернулась я, не столько удивлённая, сколько раздосадованная. – Разве вы не должны были остаться в особняке?

Лайзо только рассмеялся. Высокий, одетый в странное пальто с меховым воротником, с обмотанным вокруг головы шарфом он безупречно вписывался в здешний унылый и чуточку безумный пейзаж. Честно признаться, я почувствовала изрядное облегчение – но в то же время и разозлилась.

– Должен? – хмыкнул Лайзо. – Вы же мне отпуск выписали? Разве я не могу с другом поехать, коли он меня пригласил?

«Друг» в потрёпанном каррике – прямиком из лавки старьёвщика, не иначе – переминался с ноги на ногу и глядел куда угодно, только не на меня.

Но как улыбался при этом!

– Значит, вы всё заранее спланировали, Эллис? – обратилась я к детективу с укором.

– Вы так говорите, словно плохо меня знаете, – фыркнул он и тут же радостно воскликнул, глядя мне за плечо: – А, сэр Клэр Черри! Как погодка, просто ужасная, да? Вот-вот метель начнётся. Что у вас с лицом? В поезде укачало?

Эллис так откровенно напрашивался на скандал, что даже Клэр посчитал ниже своего достоинства вступать в перепалку.

– Лучшее средство от дурноты – свежая кровь врага, – жеманно протянул он, поднимая воротник. – Милая племянница, надеюсь, эти двое не собираются гостить в замке Валтер?

В последних словах мне послышался намёк на угрозу.

– Нет, найдём себе дом поблизости, – успокоил его Эллис. – К слову, Виржиния, там не ваш адвокат? Что-то уж больно у него потерянный вид…

Я сощурилась и вгляделась в едва различимую фигурку на другом конце перрона.

– Да, похоже, что он. Что ж, давайте сперва доберёмся до тепла, а потом уже станем выяснять, кто и зачем сюда приехал, – предложила я. И шепнула, наконец передавая саквояж Лайзо: – Только не говорите, что нелегальным пассажиром, который упал на рельсы, были вы.

Взгляд у него потемнел.

– Каким ещё пассажиром, леди Виржиния? Я ехал в третьем классе вместе с Эллисом, и проспал всю дорогу… Что произошло? Это из-за упавшего пассажира поезд стоял?

– Наверное. Мне самой известно не так много, – улыбнулась я непринуждённо. Не похоже, чтобы Лайзо лгал… Это успокаивало, потому что мне совсем не хотелось, чтоб он рисковал своей жизнью по пустякам – из-за билета, например.

Но в глубине души поселилось недоброе предчувствие.

Не знаю, была то игра теней или разыгравшееся воображение, но всё время, пока мы шли по опустевшему перрону, меня преследовало ощущение, что за нами кто-то внимательно следил.

Эллис угадал: мужчина, «с потерянным видом» ожидавший в конце платформы, оказался моим адвокатом, и его я узнала сразу, хотя лично мы встречались всего однажды, когда мистер Спенсер после скандала расторг соглашение с конторой «Льюд, Ломм и Компания». Прошло уже больше года, однако мистер Панч нисколько не изменился.

Это был человек невеликого роста, но зато с внушительным брюшком. Сейчас, в короткой лохматой шубе, точно сшитой из собачьих шкур, он и вовсе напоминал сдутый мяч. Жёсткая рыжая щётка усов топорщилась над верхней губой. Очки в массивной оправе сползли на самый кончик мясистого носа и заиндевели с внутренней стороны так, что лично я бы через эти стёкла не отличила даже горящий фонарь от погасшего.

Но мистер Панч, без сомнений, видел прекрасно.

– Добрый вечер, леди Виржиния, – поздоровался он и вежливо приподнял утеплённый котелок. – Как я понимаю, вы решили увеличить число прислуги и взяли с собой ещё двоих человек?

– Не совсем так, – покачала я головой, раздумывая, как много можно сказать адвокату. С одной стороны, за его лояльность ручался мистер Спенсер, с другой – это был пока совершенно чужой человек… В конце концов я решила обойтись компромиссом. – Вы, наверное, ещё не знакомы с мистером Норманном. Он служит в городском Управлении спокойствия и считается одним из лучших сыщиков, однако знают его в основном не по фамилии, а под именем «детектива Эллиса». Несколько лет назад мистер Норманн спас мне жизнь и с тех пор ещё не раз выручал из затруднительных ситуаций…

– Вы мне льстите, леди Виржиния, – ухмыльнулся Эллис и протянул адвокату руку: – Но в целом всё верно. А вы, вероятно, тот самый мистер Панч? Наслышан о вашем оглушительном успехе в деле Чендлеров. Вы весьма изящно доказали, что покойный Рольф Чендлер находился в помрачённом состоянии рассудка, когда писал завещание, по которому юная вдова лишалась всякого наследства. Как поживает леди Кэмпбелл, к слову?

– Прекрасно, насколько я помню. Однако сейчас её дела ведёт мой коллега… Я также наслышан о вас, детектив Эллис. Возвращаю комплимент – весьма изящное доказательство виновности мистера Вилларда. Подловить злодея с помощью фальшивого письма в книге… Хитроумный ход.

Эллис неожиданно развеселился:

– И кому я обязан, гм, славой в широких кругах? Подразумевалось, что о письме узнают лишь в Управлении.

– Мистеру Брэдфорду, – скупо ответил адвокат. – Его дед весьма дружен с моим.

– Тесен мир, – развёл Эллис руками, а затем подтолкнул Лайзо в спину, заставляя выступить вперёд. – Ну, и раз леди Виржиния затрудняется, как представить вам второго незапланированного гостя, придётся мне. Знакомьтесь, это Лайзо Маноле, мой, так сказать, воспитанник и помощник в некоторых щекотливых делах. В своё время, когда леди Виржинии срочно потребовался водитель и механик, я предложил его услуги, потому что, кроме всего прочего, мистер Маноле участвовал в автомобильных гонках. И не где-то там, а, представьте себе, в Марсовии. Но сейчас он путешествует не как водитель, а как мой приятель.

– Приму к сведению, – так же невозмутимо кивнул адвокат. – Рад встрече с человеком, имеющим столь интересную биографию, мистер Маноле. Я Джиллард Панч, адвокат леди Виржинии. Прощу прощения за любопытство, но ваша фамилия напоминает о гипси…

– Моя матушка – гипси, – белозубо улыбнулся Лайзо и, по примеру Эллиса, протянул адвокату ладонь. – Вас это беспокоит? Не бойтесь оказаться бестактным, я понимаю ваши опасения. У моего народа весьма дурная слава.

– Нет, что вы, никаких предрассудков, – откликнулся мистер Панч, скрепляя знакомство рукопожатием.

Дядя Клэр вздёрнул злосчастный воротник уже до самых ушей и выдохнул сквозь зубы:

– Куда я попал, в нравоучительный роман?.. Прелестная моя племянница, – продолжил он громче. – Не мне осуждать ваши манеры, однако первым представить детектива…

– Тут больше представлять некого, – зябко передёрнул плечами Эллис и, уже без всякого намёка на вежливость, начал тыкать пальцами: – Ну, адвоката все знают. Но на всякий случай повторю: Джиллард Панч. Верно? А остальные… – тут он набрал воздуха в грудь и затараторил: – В алфавитном порядке: Андервуд-Черри, Кеннет и Чарльз – племянники леди Виржинии, Бьянки, то есть, простите, миссис Мариани, гувернантка, мисс Рич – компаньонка, сэр Лиам Сайер – баронет и воспитанник, родственник по дальней линии; сэр Клэр Черри – любимый дядюшка, разумеется, не мой… Ах, да, и некто Джул, его камердинер, абсолютно чёрная лошадка, ни единого белого пятна. Пойдёмте уже, а то мы все насмерть замёрзнем. Кажется, скоро метель начнётся.

У меня сердце захолонуло: такое поведение Клэр точно спустить не мог. Но прежде, чем разразилась катастрофа, мистер Панч спокойно заметил, глядя на Эллиса:

– У вас забавные манеры. Но в одном вы правы: вот-вот начнётся снежная буря. А транспорт наш, увы, не приспособлен для путешествий в ветреную погоду. Я собирался отправить за вами два автомобиля, леди Виржиния, – обратился ко мне мистер Панч. – Однако мой сломался не далее как сегодня утром, а мистер Лоринг опять занялся своими изысканиями и отказался выходить из дома, несмотря на заранее оформленное устное соглашение. Пришлось довольствоваться тем, что есть… Это весь ваш багаж? И вас, и ваших гостей?

Я растерянно оглянулась – два больших чемодана и саквояж, а также по одному чемодану для Паолы и Мадлен. Вещи семейства Черри уместились в один сундук на тележке. Лайзо довольствовался заплечным мешком, а Эллис, очевидно, умудрился разложить своё имущество по карманам – или же передоверил часть другу.

– Да, всё. Мы вряд ли пробудем здесь дольше десяти дней.

– Что ж, тогда всё поместится на крыше, – таинственно заключил мистер Панч. – Господа, прошу за мной.

Уже через несколько минут я поняла, что он имел в виду.

Вместо двух комфортабельных современных автомобилей нас ждал древний шарабан с широкими колёсами, запряжённый четвёркой лошадей. На козлах восседал скорченный косматый старик в обносках, немного напоминающих то ли вытертый до крайности меховой плащ, то ли необъятную шубу.

– Это мистер Грундж, – негромко произнёс адвокат. – Он любезно одолжил нам свой замечательный экипаж. Не беспокойтесь, на деревянные лавки внутри я приказал положить несколько одеял, если станет холодно – можете укрыться. Однако надеюсь, что мы успеем вернуться в замок до снежной бури.

Лайзо и Джул быстро закрепили багаж на крыше. Мы же тем временем разместились внутри. В салоне было три лавки, на каждой из которых свободно могли сесть три взрослых человека. Спереди устроились мы с Мэдди, Лиам и мистер Панч, которого я собиралась расспросить по пути о состоянии дел. Однако почти сразу мне пришлось оставить эту идею: шарабан так страшно скрипел и трясся даже на укатанной дороге близ станции, что ни говорить, ни слушать было решительно невозможно.

А вскоре действительно началась метель.

Дорога изгибалась плавной дугой – по краю леса, затем мимо холма, затем через лес… Там, где от ветра нас защищали деревья, снегопад казался чем-то красивым, сказочным. Но на открытых пространствах метель словно выдувала из меня все желания, кроме одного – поскорее очутиться в тепле. Всё, что я могла делать – сидеть, обнимая Мадлен под одеялом, и слушать, как она тихо, почти беззвучно напевает себе под нос. Не песню в полном смысле, конечно, нет; скорее, одну мелодию, отдалённо знакомую и очень грустную.

Глаза закрывались сами собою – вопреки тряске, скрипу и завываниям ветра.

Спустя примерно сорок минут ход шарабана вдруг ускорился. Дорога стелилась под копытами безупречно ровным полотном, словно её только недавно расчищали; впрочем, наверняка так и было, ведь ремонт замка прекратился совсем недавно, а до того приходилось как-то подвозить материалы. Места вокруг выглядели всё более знакомо, то ли по снам, то ли по детским воспоминаниям… Там, впереди, на холме ждало меня фамильное гнездо Валтеров, когда-то – действительно замок, грозный и неприступный, а теперь, скорее, развалины, на которых можно заново возвести некую копию, подобие…

Сквозь смёрзшиеся ресницы я заметила, как по ложбине между холмами несётся к дороге кто-то… или что-то?

– Мистер Панч, – позвала я хрипло. – Скажите, вы не видите там?..

– Что, простите? – Панч вздрогнул. – Признаться, я немного задремал, леди Виржиния. Где и что я должен увидеть?

– У подножья холма…

– Наверное, кролик, – сонно откликнулся он, стянул очки и принялся оттирать стёкла от инея.

Я сощурилась, до боли вглядываясь в метель. Нет, там определённо было что-то, некая тень, и она становилась всё ближе.

– Мистер Панч, – позвала я снова, уже почти уверенная, что это не иллюзия, когда до моих ушей вдруг донёсся надрывный крик, не то звериный, не то человеческий.

Так кричат только от большой боли или страха.

Меня тут же словно кипятком обдало. Я подскочила на месте, едва не столкнув Мадлен с лавки, и закричала:

– Мистер Грундж, стойте! Стойте!

Возница помянул какую-то мать – и натянул вожжи. Лошади стали постепенно сбавлять ход. И, кажется, можно было бы легко уже избежать столкновения, но то существо, которое с ужасающим криком неслось по заснеженной ложбине, выскочило на дорогу – и рванулось навстречу шарабану.

…раздался омерзительный чавкающий звук – и крик оборвался.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

www.litlib.net

Читать онлайн книгу Кофе, можжевельник, апельсин (СИ)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Назад к карточке книги
Софья РолдугинаКофе, можжевельник, апельсин

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку.

Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок.

Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть о том, чтобы оставить без присмотра мальчиков Андервуд-Черри, а значит с нами ехал бы и Клэр вместе с камердинером Джулом. Лиама мне оставлять не хотелось, но раз Паола настаивала на том, что образование должно быть непрерывным, то пришлось бы отправиться в путь и ей. Лайзо я, разумеется, брать не собиралась, иначе Клэр бы утопил меня в сарказме, а это, право, очень дурная смерть.

Итого – восемь человек, включая нас с Мэдди, и Эллис девятый.

Дядя Рэйвен, разумеется, не одобрил бы такое «посольство», однако спрашивать его разрешения я и не собиралась. Уже готово было письмо с уведомлением о том, что я-де буду отсутствовать в Бромли чуть больше недели. Юджиния обещала направить его ближе к вечеру, в день отъезда – прекрасный способ одновременно и вежливо предупредить о своих планах, и благополучно избежать нотаций.

Мадлен приняла известие о скорой поездке с благодарной улыбкой, немного пугавшей меня все последние дни; дядя Клэр – со смирением. Эллис же, заполучив моё согласие, к большому удивлению, не стал просить денег на железнодорожный билет.

– За меня заплатит друг. В обмен на небольшую услугу, – загадочно произнёс детектив, пробудив целый сонм подозрений.

– Надеюсь, этот друг – не доктор Брэдфорд? И он не едет с вами в качестве той самой «услуги»?

Зрачки у Эллиса расширились, подтверждая самое худшее: я случайно угадала какую-то часть из его плана, но вот какую…

– Нет, – произнёс он наконец с плутовской лисьей улыбкой. – Не Нэйт. У Нэйта работа. Но вам понравится сюрприз.

– Позвольте усомниться.

– Позволяю, – великодушно разрешил Эллис.

Но это было позавчера, а сегодня, ясным холодным утром, мы прибыли на вокзал – в наёмном кэбе и на моей прекрасной «Железной Минни». Лайзо и Джул погрузили наши вещи в поезд, а затем Лайзо вернулся в особняк. Признаться, мне было немного одиноко – первые две минуты, пока Лиам не опомнился от удивления и не начал заваливать нас всех вопросами о вагонах и железных дорогах.

Через четверть часа появился проводник и, рассыпаясь в извинениях, сообщил, что отправление поезда откладывается приблизительно на сорок минут. Я, честно говоря, надеялась, что к нам в купе заглянет Эллис и расскажет, как он устроился. Но, видимо, пассажиров третьего класса не допускали в вагоны первого.

«Ничего, – подумалось мне. – Так или иначе, мы встретимся на вокзале в Валтере».

Если бы я только знала, что меня ждёт в родном замке!

Впрочем, пока ничего не предвещало ни катастроф, ни хотя бы заурядных приключений с риском для жизни. Если мы и страдали в дороге, то разве что от скуки: ехать пришлось долго, а захватить книгу догадалась только Паола, и потому время тянулось бесконечно.

Сам поезд показался мне весьма комфортным. В купе для пассажиров первого класса помещалось четыре человека. Так как Эллис ехал третьим классом, нас осталось всего восемь, поэтому достаточно было взять два купе. В одном обосновался Клэр со своим камердинером, Кеннет и Чарльз. Во втором – Паола, Лиам, Мэдди и я. Обстановка была роскошной, на грани безвкусицы: отделка бархатом и красным деревом, серебряное шитьё на портьерах, массивный стол «под старину» и четыре мягчайших кресла, так и манивших прикрыть глаза и подремать. Мэдди с Лиамом устроились у окна, по-детски непосредственно глазея на пейзажи. Паола сразу же углубилась в роман. Я сперва читала газету, услужливо поднесённую проводником, потом некоторое время промаялась от безделья – и, смирившись со своей натурой, наконец достала из саквояжа записную книжку с вложенным письмом от управляющего и начала заново пересчитывать смету.

В соседнем купе, где ехал Клэр с внуками и Джулом, царила такая же скучная тишина.

Чем дальше мы отъезжали от Бромли, тем безмятежней становились пейзажи. Слякотный, грязный пригород сменился полями, едва-едва прикрытыми снегом. Затем настал черёд холмов, бурых с южной стороны и белых – с северной. После мы неожиданно ворвались в такую густую метель, что всё за окном слилось в непроглядную белесоватую муть. И, где бы ни проезжал дальше наш поезд, лесами ли, лугами ли – всюду лежал пышный снежный ковёр.

Через некоторое время нам в купе доставили ланч из вагона-ресторана, как я и просила заранее. Пространство мгновенно напиталось запахами кофе, горячего шоколада, молока и выпечки, пусть и не столь изысканных, как в «Старом гнезде», зато с тем особенным привкусом авантюры, свойственным любому путешествию. После трапезы Паола наведалась в купе Клэра и вернулась с шахматной доской, набором фигурок в мешочке.

– Будем учиться полезной игре. Не терять же время понапрасну, – строго уведомила она Лиама, а недочитанный роман отдала Мэдди. Та, похоже, успела изрядно заскучать, а потому вцепилась в книгу с неприличной поспешностью.

Перелистывая в очередной раз опостылевшую смету, я подумала, что любовь к литературе – не самая скверная привычка. По крайней мере, в дороге.

Лишь одно событие нарушило монотонность путешествия.

Приблизительно через три с половиной часа после отбытия из столицы поезд затормозил, причём достаточно резко. С шахматной доски упало несколько фигур – на радость Лиаму, который уже прощался со своим королём.

– Неужели авария? – нахмурилась Паола. – Лиам, немедленно верни пешку на место. Я видела, как ты переставил её.

– Надеюсь, что нет, – пожала я плечами. – Действительно, Лиам, стыдно жульничать в такой благородной игре. Неужели дурное влияние дяди Клэра передаётся даже через его шахматы?

Мальчик густо покраснел и двинул пешку обратно.

Некоторое время мы провели в неведении. Затем мне это надоело, и я вместе с Мадлен наведалась в соседнее купе, надеясь, что дядя или его камердинер могли что-то уже разузнать.

Однако мои ожидания не оправдались.

Клэр, облачённый в простой тёмный дорожный костюм, дремал в кресле, по-юношески гибко подогнув под себя одну ногу. Снилось ему, вероятно, нечто очень приятное, потому что губы у него подрагивали, словно в беззвучном шёпоте, а скулы розовели. Джул тихим, но хорошо поставленным низким голосом читал детям роман о приключениях странствующего принца Гая – готова спорить, что мальчики заинтересовались книгой после восхищённых рассказов Лиама.

Увидев меня, камердинер тут же умолк, а лицо его вновь лишилось всякого выражения. Мадлен стушевалась и юркнула обратно в коридор.

Наступила крайне неловкая пауза.

– Поезд резко остановился, – произнесла я, чтобы хоть как-то нарушить тишину. – Я волновалась за племянников… Чарльз, Кеннет, вы в порядке?

– Да, мэм, – откликнулись мальчики хором и опять выжидающе уставились на Джула, который так и не выпустил книжку из рук. Клэр продолжал безмятежно спать, и дыхание его оставалось таким же размеренным, как и минуту назад.

– Что ж, прекрасно, – сказала я, окончательно растерявшись. Будить дядю отчего-то было неудобно, а просить Джула разузнать, что произошло с поездом – тем более. – Прекрасно, – повторила я и добавила чуть громче: – Хотя, честно признаться, мне было бы гораздо спокойнее, если бы я знала, почему мы остановились.

Чарли, точная копия Клэра, переглянулся с младшим братом, снова грустно посмотрел на книжку, а затем юркнул под стол и вынырнул уже с противоположной стороны.

– Па-ап, – потянул он за штанину Клэра. – Па-ап, почему стоим?

– Не «па-ап», а «сэр», и вообще я уже почтенный дедушка, – хрипло пробормотал тот, кажется, не совсем проснувшись. Потом с некоторым трудом разомкнул веки, поморгал, разглядел меня и смешно сдвинул брови: – Дорогая племянница? Что вы делаете у меня… ах, да, мы же едем в поезде.

Только накопленное за годы управления кофейней самообладание не позволило мне в этот момент рассмеяться. Хотя ямочки от улыбки, боюсь, всё же обозначились на щеках.

– В поезде, однако не едем, – поправила я его. – Стоим посреди леса уже с четверть часа. Мне стало немного не по себе, вот я и решила навестить… своих племянников.

Клэр, естественно, истолковал мои слова абсолютно верно.

– Джул, – коротко то ли позвал, то ли приказал он. Камердинер молча кивнул, поднялся и вышел из купе, скользнув мимо меня с грацией, необычной для человека столь большого роста и атлетического сложения. – Не извольте волноваться, драгоценная моя племянница, – добавил Клэр, с трудом подавив зевок. – Возвращайтесь в купе и ждите. И компаньонку свою заберите – невыносимо, когда кто-то так робко топчется на пороге.

Мадлен беззвучно охнула и прикрыла рот ладошкой. Я ободряюще улыбнулась и качнула головой, словно говоря: «Ты же знаешь, какой у него характер». Затем мы вернулись к себе.

Долгое время, почти сорок минут, ничего не происходило. Иногда слышались недовольные голоса вдалеке, окрики, несколько раз кто-то громко свистел, наподобие бромлинских «гусей». Однако вагонов первого класса эта суета будто бы и не касалась. Затем поезд тронулся, а вскоре к нам постучался Клэр.

– Там ловили нелегального пассажира. Кажется, он пытался убежать во время проверки билетов и упал под колёса, – манерно сообщил дядя. – Надеюсь, умер, потому что другой судьбы такой неудачник и не заслуживает. Труп, к сожалению, не нашли. Если беспокоитесь, прелестная моя племянница, то просто заприте купе на щеколду и дождитесь прибытия. До станции ехать не так уж долго.

Первая мысль у меня была, что это Крысолов тайком пробрался в багажный вагон, но я сразу же отмела её: мистических существ не ловят проводники и уж тем более не сбрасывают их на рельсы. Эллис… Эллиса бы вряд ли приняли за нелегального пассажира, ведь билет у него был.

Абени? Сам Валх или очередной его «слуга»?

Похоже, что выражение лица у меня стало крайне обеспокоенным, поэтому Мэдди не выдержала и дотронулась до моего плеча.

– Всё в порядке, – улыбнулась я, отгоняя тревожные мысли. – Мы просто последуем совету дяди Клэра. Мэдди, закрой дверь на щеколду, пожалуйста. Никто ведь не хочет прогуляться до вагона-ресторана?

Паола только покачала головой, изучая расстановку фигур на шахматной доске, а Лиам грустно вздохнул: кажется, он был не прочь променять трудную игру на очередную порцию чая и пирожных.

К счастью, до самого конца поездки больше ничего загадочного не произошло.

На станцию Уайтхилл мы прибыли уже после наступления темноты. В отличие от громадного вокзала Бромли, она освещалась одним-единственным тусклым фонарём на кривом столбе в начале перрона, около домика смотрителя. Кроме нас здесь сошли ещё человек пятнадцать, исключительно пассажиры третьего класса. Оказавшись на перроне, я стала оглядываться по сторонам в поисках Эллиса, когда меня внезапно окликнули знакомым голосом:

– Позволите ваш саквояж, леди Виржиния?

– Мистер Маноле! – обернулась я, не столько удивлённая, сколько раздосадованная. – Разве вы не должны были остаться в особняке?

Лайзо только рассмеялся. Высокий, одетый в странное пальто с меховым воротником, с обмотанным вокруг головы шарфом он безупречно вписывался в здешний унылый и чуточку безумный пейзаж. Честно признаться, я почувствовала изрядное облегчение – но в то же время и разозлилась.

– Должен? – хмыкнул Лайзо. – Вы же мне отпуск выписали? Разве я не могу с другом поехать, коли он меня пригласил?

«Друг» в потрёпанном каррике – прямиком из лавки старьёвщика, не иначе – переминался с ноги на ногу и глядел куда угодно, только не на меня.

Но как улыбался при этом!

– Значит, вы всё заранее спланировали, Эллис? – обратилась я к детективу с укором.

– Вы так говорите, словно плохо меня знаете, – фыркнул он и тут же радостно воскликнул, глядя мне за плечо: – А, сэр Клэр Черри! Как погодка, просто ужасная, да? Вот-вот метель начнётся. Что у вас с лицом? В поезде укачало?

Эллис так откровенно напрашивался на скандал, что даже Клэр посчитал ниже своего достоинства вступать в перепалку.

– Лучшее средство от дурноты – свежая кровь врага, – жеманно протянул он, поднимая воротник. – Милая племянница, надеюсь, эти двое не собираются гостить в замке Валтер?

В последних словах мне послышался намёк на угрозу.

– Нет, найдём себе дом поблизости, – успокоил его Эллис. – К слову, Виржиния, там не ваш адвокат? Что-то уж больно у него потерянный вид…

Я сощурилась и вгляделась в едва различимую фигурку на другом конце перрона.

– Да, похоже, что он. Что ж, давайте сперва доберёмся до тепла, а потом уже станем выяснять, кто и зачем сюда приехал, – предложила я. И шепнула, наконец передавая саквояж Лайзо: – Только не говорите, что нелегальным пассажиром, который упал на рельсы, были вы.

Взгляд у него потемнел.

– Каким ещё пассажиром, леди Виржиния? Я ехал в третьем классе вместе с Эллисом, и проспал всю дорогу… Что произошло? Это из-за упавшего пассажира поезд стоял?

– Наверное. Мне самой известно не так много, – улыбнулась я непринуждённо. Не похоже, чтобы Лайзо лгал… Это успокаивало, потому что мне совсем не хотелось, чтоб он рисковал своей жизнью по пустякам – из-за билета, например.

Но в глубине души поселилось недоброе предчувствие.

Не знаю, была то игра теней или разыгравшееся воображение, но всё время, пока мы шли по опустевшему перрону, меня преследовало ощущение, что за нами кто-то внимательно следил.

Эллис угадал: мужчина, «с потерянным видом» ожидавший в конце платформы, оказался моим адвокатом, и его я узнала сразу, хотя лично мы встречались всего однажды, когда мистер Спенсер после скандала расторг соглашение с конторой «Льюд, Ломм и Компания». Прошло уже больше года, однако мистер Панч нисколько не изменился.

Это был человек невеликого роста, но зато с внушительным брюшком. Сейчас, в короткой лохматой шубе, точно сшитой из собачьих шкур, он и вовсе напоминал сдутый мяч. Жёсткая рыжая щётка усов топорщилась над верхней губой. Очки в массивной оправе сползли на самый кончик мясистого носа и заиндевели с внутренней стороны так, что лично я бы через эти стёкла не отличила даже горящий фонарь от погасшего.

Но мистер Панч, без сомнений, видел прекрасно.

– Добрый вечер, леди Виржиния, – поздоровался он и вежливо приподнял утеплённый котелок. – Как я понимаю, вы решили увеличить число прислуги и взяли с собой ещё двоих человек?

– Не совсем так, – покачала я головой, раздумывая, как много можно сказать адвокату. С одной стороны, за его лояльность ручался мистер Спенсер, с другой – это был пока совершенно чужой человек… В конце концов я решила обойтись компромиссом. – Вы, наверное, ещё не знакомы с мистером Норманном. Он служит в городском Управлении спокойствия и считается одним из лучших сыщиков, однако знают его в основном не по фамилии, а под именем «детектива Эллиса». Несколько лет назад мистер Норманн спас мне жизнь и с тех пор ещё не раз выручал из затруднительных ситуаций…

– Вы мне льстите, леди Виржиния, – ухмыльнулся Эллис и протянул адвокату руку: – Но в целом всё верно. А вы, вероятно, тот самый мистер Панч? Наслышан о вашем оглушительном успехе в деле Чендлеров. Вы весьма изящно доказали, что покойный Рольф Чендлер находился в помрачённом состоянии рассудка, когда писал завещание, по которому юная вдова лишалась всякого наследства. Как поживает леди Кэмпбелл, к слову?

– Прекрасно, насколько я помню. Однако сейчас её дела ведёт мой коллега… Я также наслышан о вас, детектив Эллис. Возвращаю комплимент – весьма изящное доказательство виновности мистера Вилларда. Подловить злодея с помощью фальшивого письма в книге… Хитроумный ход.

Эллис неожиданно развеселился:

– И кому я обязан, гм, славой в широких кругах? Подразумевалось, что о письме узнают лишь в Управлении.

– Мистеру Брэдфорду, – скупо ответил адвокат. – Его дед весьма дружен с моим.

– Тесен мир, – развёл Эллис руками, а затем подтолкнул Лайзо в спину, заставляя выступить вперёд. – Ну, и раз леди Виржиния затрудняется, как представить вам второго незапланированного гостя, придётся мне. Знакомьтесь, это Лайзо Маноле, мой, так сказать, воспитанник и помощник в некоторых щекотливых делах. В своё время, когда леди Виржинии срочно потребовался водитель и механик, я предложил его услуги, потому что, кроме всего прочего, мистер Маноле участвовал в автомобильных гонках. И не где-то там, а, представьте себе, в Марсовии. Но сейчас он путешествует не как водитель, а как мой приятель.

– Приму к сведению, – так же невозмутимо кивнул адвокат. – Рад встрече с человеком, имеющим столь интересную биографию, мистер Маноле. Я Джиллард Панч, адвокат леди Виржинии. Прощу прощения за любопытство, но ваша фамилия напоминает о гипси…

– Моя матушка – гипси, – белозубо улыбнулся Лайзо и, по примеру Эллиса, протянул адвокату ладонь. – Вас это беспокоит? Не бойтесь оказаться бестактным, я понимаю ваши опасения. У моего народа весьма дурная слава.

– Нет, что вы, никаких предрассудков, – откликнулся мистер Панч, скрепляя знакомство рукопожатием.

Дядя Клэр вздёрнул злосчастный воротник уже до самых ушей и выдохнул сквозь зубы:

– Куда я попал, в нравоучительный роман?.. Прелестная моя племянница, – продолжил он громче. – Не мне осуждать ваши манеры, однако первым представить детектива…

– Тут больше представлять некого, – зябко передёрнул плечами Эллис и, уже без всякого намёка на вежливость, начал тыкать пальцами: – Ну, адвоката все знают. Но на всякий случай повторю: Джиллард Панч. Верно? А остальные… – тут он набрал воздуха в грудь и затараторил: – В алфавитном порядке: Андервуд-Черри, Кеннет и Чарльз – племянники леди Виржинии, Бьянки, то есть, простите, миссис Мариани, гувернантка, мисс Рич – компаньонка, сэр Лиам Сайер – баронет и воспитанник, родственник по дальней линии; сэр Клэр Черри – любимый дядюшка, разумеется, не мой… Ах, да, и некто Джул, его камердинер, абсолютно чёрная лошадка, ни единого белого пятна. Пойдёмте уже, а то мы все насмерть замёрзнем. Кажется, скоро метель начнётся.

У меня сердце захолонуло: такое поведение Клэр точно спустить не мог. Но прежде, чем разразилась катастрофа, мистер Панч спокойно заметил, глядя на Эллиса:

– У вас забавные манеры. Но в одном вы правы: вот-вот начнётся снежная буря. А транспорт наш, увы, не приспособлен для путешествий в ветреную погоду. Я собирался отправить за вами два автомобиля, леди Виржиния, – обратился ко мне мистер Панч. – Однако мой сломался не далее как сегодня утром, а мистер Лоринг опять занялся своими изысканиями и отказался выходить из дома, несмотря на заранее оформленное устное соглашение. Пришлось довольствоваться тем, что есть… Это весь ваш багаж? И вас, и ваших гостей?

Я растерянно оглянулась – два больших чемодана и саквояж, а также по одному чемодану для Паолы и Мадлен. Вещи семейства Черри уместились в один сундук на тележке. Лайзо довольствовался заплечным мешком, а Эллис, очевидно, умудрился разложить своё имущество по карманам – или же передоверил часть другу.

– Да, всё. Мы вряд ли пробудем здесь дольше десяти дней.

– Что ж, тогда всё поместится на крыше, – таинственно заключил мистер Панч. – Господа, прошу за мной.

Уже через несколько минут я поняла, что он имел в виду.

Вместо двух комфортабельных современных автомобилей нас ждал древний шарабан с широкими колёсами, запряжённый четвёркой лошадей. На козлах восседал скорченный косматый старик в обносках, немного напоминающих то ли вытертый до крайности меховой плащ, то ли необъятную шубу.

– Это мистер Грундж, – негромко произнёс адвокат. – Он любезно одолжил нам свой замечательный экипаж. Не беспокойтесь, на деревянные лавки внутри я приказал положить несколько одеял, если станет холодно – можете укрыться. Однако надеюсь, что мы успеем вернуться в замок до снежной бури.

Лайзо и Джул быстро закрепили багаж на крыше. Мы же тем временем разместились внутри. В салоне было три лавки, на каждой из которых свободно могли сесть три взрослых человека. Спереди устроились мы с Мэдди, Лиам и мистер Панч, которого я собиралась расспросить по пути о состоянии дел. Однако почти сразу мне пришлось оставить эту идею: шарабан так страшно скрипел и трясся даже на укатанной дороге близ станции, что ни говорить, ни слушать было решительно невозможно.

А вскоре действительно началась метель.

Дорога изгибалась плавной дугой – по краю леса, затем мимо холма, затем через лес… Там, где от ветра нас защищали деревья, снегопад казался чем-то красивым, сказочным. Но на открытых пространствах метель словно выдувала из меня все желания, кроме одного – поскорее очутиться в тепле. Всё, что я могла делать – сидеть, обнимая Мадлен под одеялом, и слушать, как она тихо, почти беззвучно напевает себе под нос. Не песню в полном смысле, конечно, нет; скорее, одну мелодию, отдалённо знакомую и очень грустную.

Глаза закрывались сами собою – вопреки тряске, скрипу и завываниям ветра.

Спустя примерно сорок минут ход шарабана вдруг ускорился. Дорога стелилась под копытами безупречно ровным полотном, словно её только недавно расчищали; впрочем, наверняка так и было, ведь ремонт замка прекратился совсем недавно, а до того приходилось как-то подвозить материалы. Места вокруг выглядели всё более знакомо, то ли по снам, то ли по детским воспоминаниям… Там, впереди, на холме ждало меня фамильное гнездо Валтеров, когда-то – действительно замок, грозный и неприступный, а теперь, скорее, развалины, на которых можно заново возвести некую копию, подобие…

Сквозь смёрзшиеся ресницы я заметила, как по ложбине между холмами несётся к дороге кто-то… или что-то?

– Мистер Панч, – позвала я хрипло. – Скажите, вы не видите там?..

– Что, простите? – Панч вздрогнул. – Признаться, я немного задремал, леди Виржиния. Где и что я должен увидеть?

– У подножья холма…

– Наверное, кролик, – сонно откликнулся он, стянул очки и принялся оттирать стёкла от инея.

Я сощурилась, до боли вглядываясь в метель. Нет, там определённо было что-то, некая тень, и она становилась всё ближе.

– Мистер Панч, – позвала я снова, уже почти уверенная, что это не иллюзия, когда до моих ушей вдруг донёсся надрывный крик, не то звериный, не то человеческий.

Так кричат только от большой боли или страха.

Меня тут же словно кипятком обдало. Я подскочила на месте, едва не столкнув Мадлен с лавки, и закричала:

– Мистер Грундж, стойте! Стойте!

Возница помянул какую-то мать – и натянул вожжи. Лошади стали постепенно сбавлять ход. И, кажется, можно было бы легко уже избежать столкновения, но то существо, которое с ужасающим криком неслось по заснеженной ложбине, выскочило на дорогу – и рванулось навстречу шарабану.

…раздался омерзительный чавкающий звук – и крик оборвался.

Шарабан проехал ещё немного и совсем остановился.

– Сидите на месте! – крикнул Эллис, выпрыгивая на дорогу. – Лайзо!

– Джул, охраняй! – рявкнул Клэр, оставив привычные манерные интонации, и тоже перемахнул через стенку шарабана.

Моего терпения хватило ровно на четыре вздоха.

– Мистер Панч, передайте фонарь, – попросила я.

Адвокат снял с потолка старомодный потайной фонарь, один из двух, и вручил мне. Я распахнула дверцу и, пока Джул не остановил меня, спустилась на дорогу и быстрым шагом направилась к тем троим, что уже стояли подле странного существа, которое бросилось под копыта лошадей.

Точнее, это Эллис и Клэр стояли, негромко переговариваясь. Лайзо стоял на коленях, разглядывая раны…

…я подняла фонарь повыше…

…раны мужчины, абсолютно нагого и, несомненно, мёртвого, зато перемазанного в саже до черноты. Снег вокруг был пропитан кровью, а от головы остались… осталось…

– Неподобающее зрелище для леди, – тихо произнёс Клэр и прикоснулся к моему локтю. – Поставьте фонарь, Виржиния… Так, хорошо… Вас мутит?

– Да, немного, – с трудом выговорила я, позволяя дяде увести себя прочь, к шарабану. Метель взвилась с удвоенной силой, и пришлось зажмуриться. – Я не… Его нельзя бросать на дороге. Кем бы он ни был.

– Оставьте дела мужчинам, моя храбрая племянница, – так же негромко попросил Клэр.

И в кои-то веки я готова была с ним согласиться – целиком и полностью.

Оставаться на холоде в открытом шарабане было невыносимо, однако потесниться ещё сильнее, чтобы пристроить где-нибудь на заднем сиденье труп, завёрнутый в одеяло – и вовсе невозможно. Недолго посовещавшись, бесстрашные наши джентльмены решили, что Эллис, Лайзо и Клэр пока останутся на дороге. Джул же проводит нас до замка, убедится, что мы устроились на месте благополучно, а затем вернётся с кем-нибудь, возможно, с мистером Грунджем, на телеге, чтобы забрать мертвеца.

Шарабан уже должен был отъехать, когда Мэдди потянула меня за рукав.

– Что такое, милая? – тихо спросила я, делая вознице знак подождать.

Она наморщила лоб, провела рукой по одеялу, затем напоказ уставилась в снежную круговерть и попыталась выговорить:

– Хроооо… хо-о-ожд… – но почти сразу закашлялась, хватаясь за горло. Боли, мучившие Мадлен, никуда не делись, и произносить хотя бы по одному слову получалось далеко не всякий раз. Однако она пыталась.

Впрочем, догадаться, о чём речь, было несложно, потому что я сама только что думала о том же.

– Холодно ждать? Полагаешь, они могут замёрзнуть?

Мэдди с облегчением закивала и вновь приподняла край одеяла, глядя на меня вопросительно.

– Конечно, отнеси. Нам ведь не так далеко ехать осталось…

Она солнечно улыбнулась и, скатав одеяло в рулон, ловко спрыгнула на дорогу. Затем подбежала к Эллису, вручила ему свою ношу и сделала такое движение, словно укрывалась чем-то. До меня сквозь вой бури донеслась нарочито бодрая благодарность детектива:

– О, то, что нужно…

И жеманное ворчание Клэра:

– Нам что, придётся всем вместе греться под одним жалким лоскутком?

Когда она забиралась обратно на своё место, мистер Грундж подмигнул ей и тоненько хихикнул. Мадлен зарделась и юркнула на скамью рядом со мною. Щёлкнули вожжи, лошади всхрапнули, и шарабан с натугой тронулся с места, а затем покатил – всё быстрее и быстрее.

Назад к карточке книги "Кофе, можжевельник, апельсин (СИ)"

itexts.net

Читать онлайн "Кофе, можжевельник, апельсин [СИ]" автора Ролдугина Софья Валерьевна - RuLit

Софья Ролдугина

История одиннадцатая. Кофе, можжевельник, апельсин

Зимой, в хмурую погоду часто хочется попробовать чего-то особенного, но в то же время достаточно традиционного. Так, чтобы новых впечатлений хватило с избытком – разбавить серые будни, но при этом даже большую порцию кофе можно было допить до конца с удовольствием, а не сделать глоток, подивиться фантазии баристы – и отставить чашку.

Для таких случаев как раз подойдёт можжевеловый кофе с апельсиновым сиропом.

Возьмите четыре-пять ягод можжевельника и разотрите их в каменной ступке. Добавьте мускатного ореха – немного, на кончике ножа – и щепотку соли. С этой смесью варите «медленный» кофе в турке – в течение пятнадцати минут, ни в коем случае не позволяя напитку закипать.

Апельсиновый сироп лучше использовать домашний. Для этого сперва отожмите сок из трёх апельсинов. Затем оставшуюся мякоть вместе с корочкой мелко нарежьте и варите в двух стаканах воды в течение десяти минут. Потом удалите из жидкости кожицу и мякоть, добавьте сахар – около шестисот граммов – и сок, а после кипятите ещё пятнадцать минут.

Сироп следует налить на дно чашки – по вкусу, затем добавить можжевеловый кофе, и пить через трубочку, сидя перед камином.

…А ещё поговаривают, что веточка можжевельника, подложенная под порог, отпугивает злых духов…

Детектив Эллис был поразителен и неотразим.

Он ориентировался в моих делах едва ли не лучше меня самой – и это поражало воображение.

А уж отразить его натиск и отказать в просьбе, даже в самой абсурдной, не смог бы никто… разве что недальновидный глупец.

– Виржиния, – низким голосом позвал Эллис, перегибаясь через стол. Лицо детектива оказалось волнующе близко к моему – слава Небесам, что мы сидели за ширмой, и посетители кофейни не могли видеть, что за возмутительное действо здесь творилось. – Возьмите меня послезавтра с собой в путешествие.

Решение отправиться в поездку на десять дней я сама приняла только вчера, и знала о нём пока только Юджи, писавшая под диктовку ответ, и мой управляющий.

И Эллис, как выяснилось.

– Не представляю, о чём вы говорите, – попыталась я отшутиться, но он отстранился, обмякая на стуле, и снова вздохнул, теперь трагически:

– Ну вот! Неужели вы оставите меня здесь, на верную погибель?

Я мысленно пересчитала сахар в вазочке – ровно тринадцать кусков, шесть белых и семь коричневых, тронула кончиками пальцев бледные, восковые лепестки единственной блекло-розовой лилии в высоком хрустальном бокале, проследила за тёмно-красной нитью в узоре на скатерти, пригубила кисловатый лимонный кофе – и лишь тогда спросила, пытаясь не выдавать охватившего меня смятения:

– Эллис, вы серьёзно?

После того, что случилось с Мадлен всего неделю назад, я ещё не была готова шутить о смерти близких друзей.

– Как сказать… – пожал он плечами и посмотрел на меня в упор. Обычно светлые глаза выглядели сейчас тёмными из-за плохого освещения. – Видите ли, я имел глупость обвинить в отравлении немножко не того человека. Точнее, как раз того – улики неопровержимы. Однако отравитель использовал своё влияние и, полагаю, немаленькое состояние, чтобы сбежать из тюрьмы. Ладно – я сам, я уже привык к тому, что меня время от времени пытаются убить из мести. Но Нэйту тоже грозит опасность – только потому, что я живу в его доме. Так что лучше было бы мне на время уехать, чтобы мои коллеги выловили и вновь заключили в тюрьму сбежавшего отравителя. Ну, и вообще, мне отпуск полагается, не всё же в Бромли сидеть, – закончил детектив с неожиданной жизнерадостностью.

Я вновь пригубила кофе, уже порядочно остывший, проговорила про себя монолог Эллиса и сделала единственно возможное предположение:

– Вы недоговариваете. И пытаетесь меня использовать.

Он лукаво улыбнулся, глядя исподлобья:

– В первую очередь я прошу вашей помощи, Виржиния, потому что не могу справиться сам. И мне действительно грозит опасность. И Нэйту тоже. А вот вам – нет, пока рядом остаются Лайзо и Паучий Цветок, никакой злоумышленник даже чихнуть в вашу сторону не отважится. Так вы возьмёте меня с собой?

Конечно, я ответила «да». Святые Небеса, если бы с такой же убедительностью современные джентльмены делали предложения юным леди, то старые девы в Аксонии вымерли бы, как древние ящеры из книги Лиама!

Признаться откровенно, ещё совсем недавно я и не подозревала, что отправлюсь в путешествие в графство Валтер. Но, во-первых, шесть дней назад пришло очередное письмо от адвоката, полное недомолвок и иносказаний, из которого следовало, что сроки ремонтных работ срываются по неким невразумительно-мистическим причинам. Проклятие старого замка – что это, скажите на милость?

www.rulit.me


Смотрите также