Ваш браузер не поддерживается. Шепард кофе


Кофе без сахара — фанфик по фэндому «Mass Effect»

Как сошедший с плакатов и искусственно созданный на основе рекламных листовок, решает Джокер, впервые встретив Шепарда. Коммандер высок и немногословен, спину держит ровно, голову прямо, жестикулирует решительно, но скупо, улыбается редко, но располагающе. Кто-то крепко вбил ему в голову правила Идеального Командира – наверное, был отличником в учебке – Шепард интересуется всем, происходящим на корабле, но умело балансирует между осведомленностью и невмешательством. То, что он умеет вызывать в людях желание не подвести – это, наверное, и вовсе природный дар. Джокер из принципа сопротивляется обаянию Шепарда – но он тоже человек из крови и плоти, пусть и бракованной немного; его хватает недели на две.

Шепард пьет сладкое вишневое пиво (гадость), мечтает побывать на Земле, не умеет плавать и не видел ни одного эпизода Звездных Войн (даже недавно вышедшего, распиаренного и возмутительно неканоничного). Джокер в должной мере возмущается последним, излишне увлекается рассказом о новых генераторах и одобряет плейлист неприметного бара в районе Закера. Он, в общем-то, ненавидит выбираться из пилотского кресла, но Шепард, сделав выбор, всегда добивается своего – даже если речь идет о выборе собутыльника.В конце концов, после четырех бутылок, Джокер признает, что Шепард не лишен здравого смысла, а налаживание контакта с пилотом – крайне рациональный поступок – ведь однажды я уже угнал Нормандию, Андерсен не рассказывал?Андерсен не рассказывал, и история хорошо идет под пятую бутылку.Просыпается Джокер в своей каюте, мгновенно диагностировав у себя все синдромы похмелья и отсутствие некоторой части воспоминаний. Услужливо оставленные на тумбочке бутылка воды и таблетки буквально спасают ему жизнь. Запись на планшете гласит: «как-нибудь повторим».Немного лучше чем «я позвоню», бормочет Джокер, но настроение у него замечательное.

Пиво в том баре (цены там, между прочим, просто космические) превращается в традицию; Шепард, разумеется, становится с барменом хорошим приятелем, и Джокер думает: ну и в чем же твоя червоточина? если поскоблить образ идеального морпеха – что под ним? ты манипулятор, лицемер, у тебя раздвоение личности? Шепард рассказывает истории из своего прошлого, рассуждает о тактике и вооружении, просвещается по поводу масскульта, легко подстраивается под неторопливый шаг Джеффа, деликатно не замечает костылей и не поддерживает его под руку, и Джокер в священном ужасе осознает: Шепард и правда просто хороший парень, любящий свою работу, свой корабль, своих людей и вишневое пиво.И у них все замечательно ровно до того момента, когда, придя в медотсек для штатного обследования, Джефф застает там Шепарда – без рубашки, жилистого, мускулистого, горячего, как солнце соседней системы. Тот приветливо кивает, и у Джеффа пересыхает во рту, когда он цепляется взглядом за неаккуратный шрам – совсем не похожий на его собственные, тонкие, хирургические – на два пальца ниже соска. Чертовски неловкое обстоятельство, думает он позже, дроча на эту картину.

Эшли Уильямc – решительная женщина, она отлично обращается со всеми видами оружия, способна убить отверткой, и у нее красивая грудь – Джокер, в конце концов, не слепой. После Вермайра Шепард пьет вишневое пиво с Джокером – не чокаясь – в «их» баре, но Джефф представляет, чем все закончится.Он, конечно, как полный идиот, портит их романтичный первый поцелуй. Шепард спрашивает, не следил ли Джокер за ними, и в его голосе совсем не слышно досады. Никак нет, коммандер, сухо отвечает Джокер.Он, конечно, в полном порядке. Он полностью уверен, что он сможет это пережить. К тому же, у него действительно огромная коллекция порно.

Джефф переживает и атаку Сарена на Цитадель, и два месяца безделья, пока «Нормандию» ремонтируют в доках, а Шепарда – в больнице (с Шепардом заканчивают значительно быстрее). Джокер вполне уверен, что он – не единственный парень в Галактике, дрочащий на Шепарда, и это успокаивает – а еще ему вручают орден, «Нормандию» выпускают на волю, и жизнь прекрасна. Однажды вечером Шепард заходит на мостик, приносит Джеффу кофе в пластиковом стаканчике, и он слишком крепкий и к тому же без сахара, но Джефф пьет его под довольным взглядом Шепарда и почти не чувствует вкуса.Когда его спасательная капсула приземляется на грунт, у Джеффа сломаны четыре пальца и рука, и это совершенно не важно, потому что «Нормандия» уничтожена, Шепард мертв, все это – его чертова вина, даже если все говорят, что это не так, и причин, чтобы жить, решительно не осталось.Поэтому он говорит Призраку «да».Даже знай он наперед все, что произойдет, он все равно сказал бы «да».

Два года спустя Шепард смотрит на него так, словно этих двух лет не было.Как ты? Спрашивает Джефф, когда они остаются наедине.Под кожей Шепарда проступает кибернетика, а в глазах то и дело проскальзывает красный огонек. Джефф думает о том, насколько человек, стоящий перед ним, похож на того парня, с которым они смотрели винтажное кино, и за которым Джефф без раздумий сиганул бы в ад.Как ботинки из кожзама, отвечает Шепард.И тем же вечером приносит ему кофе на мостик – слишком крепкий и без сахара.

ficbook.net

Боль и Любовь... — фанфик по фэндому «Mass Effect»

-Лиара, дорогая, я думаю нам стоит расстаться-поставив чашку с кофе сказала с тяжелым дыханием Шепард. Элен и сама не верила в это, но это нужно для Лиары… Вдруг сердце стало не вероятно тяжёлым и как будто оно обливалось холодным ручьем слез, её слез. Элен закрыла глаза. Лиара встала в ступор, вот они с Элен пили кофе, как вдруг Шепард резко сказала это. У Лиары в с сердце всё снова заболело как тогда, когда Элен погибла на первой Нормандии и в тот раз когда Лиара доставала её из под обломков Цитадели, но в этот раз она была жива и не верила ей, словно миллионы осколков льда пронзили её сердце. С тех пор прошло 10 лет. Цитадель и другие планеты которые пострадали восстановили, повсюду мир и гармония. Инженеры восстановили СУЗИ и Джефф на ней женился, вся команда кто выжил живут поблизости с Шепард и Лиарой. А живут они на Нормандии, Альянс конечно был против этого, но когда вмешался Хакет с Андерсоном, Нормандию отдали Шепард.. - Шепард..я…я...не..понимаю – выдавила из себя пару слов азари - почему? Шепард открыла глаза и увидела…боль, огорчение и прощение в глазах любимой азари, в её глазах был океан слёз, которые она пыталась скрыть, но у нее явно не получалось и вот, Лиара сдалась. У Шепард сжалось сердце и она села на диван рядом с Лиарой. Пытаясь вытереть слёзы.. -Лиара, не плачь, ты делаешь мне больно.. -Как и ты мне, Эл. Шепард сжала кулаки вдруг загоревшими биотикой. Шепард тоже чуть ли не взорвалась от боли, но во время опусила взгляд на азари, на её любимую, азари.. -Лиара, это всё ради тебя..я знаю тебе больно мне сейчас тоже не легко тебя отпустить, но я хочу тебя- Эл задержала дыхание, Лиара с надеждой подняла глаза, она хотела увидеть любимые глаза миндального цвета с крупинками темного, словно в них весь космос… -Спасти- договорила Шепард, от той боли, что я тебе принисла когда погибла и скоро тоже умру, Жнецы меня не уснесли в тот раз, а этот раз меня годы унесут- с горечью в голосе сказала Шепард. Лиара поняла в чем суть успокоилась и обняла Шепард за плечи, когда та отвернулась, чтобы скрыть всю боль..Лиара хотела показать ей всю ту любовь, что она к неё испытывает. Но Элен, почему то была закрыла для слияния сознания. -Шепард, я хочу быть с тобой, помнишь я тебе говорила, азари живут и ценят каждый миг проведенный с любимыми..Откройся мне, Эл, я покажу.. -Я не могу.. Шепард уже давно знала, что она больна, умирает, к ней приезжала Миранда и провела консультацию… -Шепард, мне жаль, но детали тогда доставал Призрак и я не знаю-вздохнула Мири-сколько ты ещё продержишься..-Шепард не веря своим ушам присела. -Миранда, я хочу чтоб Лиара об этом не узнала. Можешь мне помочь? -Да, я могу, но тогда Вам нельзя будет сливаться во всех смыслах. Она узнает. Но она не сможет сама этого сделать без твоего желания. Шепард отвернулась, взвесив всё ,,за,, и ,,против,,, она кивнула. -Элен , что с тобой? Ты изменилась? Ты меня больше не любишь? -Лиара , что ты. Люблю, но я не могу тебе всё сказать.. Лиара проснулась вся в поту, сырая..Ух, это был сон. Облегченно вздохнула Лиара. Повернула голову она не обнаружила на кровати Шепард, посмотрела вокруг, её нигде нет -Эл, Элен…- с тревогой спрашивала она - Шепард, где ты? -Я тут- неся на подносе две чашки кофе с ароматными булочками. Лиара улыбалась в ответ, но заметила кофе и сразу помрачнела. -Милая, с тобой всё в порядке? Шепард поставила поднос на столик и присела на кровать рядом с азари, обняв её. - Да, мне просто приснился сон -Лиара рассказала Шепард о сне. Что в ответ Шепард лишь улыбнулась и начала успокаивающе целовать её. Лиару заколотило и она засияла биотикой.. -Ооо, я вижу, вы хотите меня, мисс Т’Сони…- Шепард медленно ползла с ней как кошка, Лиара лежала на подушках и смотрела на Шепард, а её любимая азари всё ярче горела синим цветом. Шепард отдалась чувствам и засияла. -Я люблю Вас, мисс Т’Cони- потянулась Шепард с губам Лиары - И я Вас, мисс Шепард…очень люблю.

ficbook.net

Про стулья и кофе — фанфик по фэндому «Mass Effect»

Лейтенант Вега приходил к ней почти каждый день. Если он не появлялся, то у Шепард не удавалось утро, подгорал омлет на завтрак, а к одиннадцати ночи в огромные окна, выходящие на городской парк, не летели разве что гантели. Эмоции после разжалования и заключения под своеобразный домашний арест улеглись, и она не испытывала уже жгучей неприязни ко всему движущемуся в армейской форме. Джеймс, правда, форму игнорировал, зато, пожалуй, мог бы гордиться по-настоящему незабываемой армейской выучкой. Даже заявляясь хмурым, со свежей гематомой под глазом (иногда - глазами) через пару суток, он не забывал отдать ей честь, пусть Джейн успевала только закрыть глаза, замотавшись в одеяло с головой на диване перед головизором.

- Коммандер, - как-то привычно отсалютовал Вега, с шумом грохнув пакеты с обедами-полуфабрикатами на пол.

Шепард испытала дикое желание запустить в своего случайного тюремщика чем-нибудь. Рукой она попыталась нащупать пульт, но тот, как назло, похоже, решил запрятаться от вездесущей женщины под диван, на котором она лежала, спрятав голову под подушкой.

- Лейтенант, вы знаете, во сколько просыпаются нормальные люди? – прошипела Джейн, чуть высунувшись из своего укрытия. – А во сколько ложатся?

Мужчина промолчал.

- Так вот. Полпятого утра – не лучшее время, чтобы открывать дверь с пинка.

- Прошу прощения, коммандер. Больше такого не...

Но Шепард, обняв подушку, уже сладко сопела.

- Да-да, мамочка. Но вот это – подушка, - пробормотала она во сне, особенно протянув последнее слово, после сжав ладонь на манер пистолета и, видимо, выстрелив куда-то в потолок.

- Хорошо, что не бабушка. И не кроган, - пробурчал себе под нос Вега, вглядевшись в свое отражение в мелком зеркале, висевшем на стене. На «мамочку» он похож был уж точно менее всего, хотя и допускал мысль, что мать Шепард могла бы быть и более боевой, чем она сама. Хотя, казалось бы, куда уж больше...

***

- Знаешь, я хотела бы научиться готовить, но у меня как-то времени все не было, - поделилась однажды Джейн, пытаясь отрезать себе кусок сыра тоньше. Вместо этого ломоть сровнялся по размеру со сгоревшим почти до углей хлебцем. – То Жнецы, то Коллекционеры, то тупорылый Совет, то еще кто-нибудь.

- Должно быть, коммандер, вы вместо мишек когда-то играли с пистолетом, - шутливо предположил Джеймс, уже лениво копаясь вилкой в своем полуфабрикатном обеде.

- Вообще-то, с гаечным ключом, но это неважно, - отмахнулась Шепард, неуклюже взмахнув огромным кухонным тесаком.

Пожалуй, не воинственно эта женщина не выглядела вообще никогда. Как-то раз Вега застал ее, стоящую на диване, с французским батоном в руке и даже тогда подумал, что, будь на то ее воля, она бы забила булкой до смерти гета. Или даже крогана. Хотя мысль, как на нее не взгляни, все равно была абсурдная.

- Так вот, надо мной даже в начале службы смеялись – мол, да у тебя, Шепард, не муж будет, а домохозяйка. А мне, может, настоящего мужика хотелось, - простодушно продолжала Джейн, смущенно оглядывая свой шедевр кулинарии – кособокий сэндвич. – Точнее, любви ко мне от настоящего мужика... Впрочем, ладно, ты уже взрослый мальчик, поэтому признаюсь честно: и мужика мне хотелось тоже. Но мне еще хотелось, чтобы он мне приносил вкусные кофе и завтрак в постель, так что, пару раз отплевавшись от растворимого варева сослуживцев, я решила, что исполнения желаний мне не светит.

От такой откровенности лейтенант чуть не подавился собственным обедом.

- И именно поэтому тебе со мной ничего не светит, Вега, ведь готовишь ты, честно говоря, просто ужасно, - победоносно закончила Шепард, немного откусив от своего бутерброда и сразу же отправив его в мусорное ведро. – Хотя я готовлю точно еще хуже. Наверное, твою кандидатуру мне все же пересмотреть придется. Ты умеешь варить кофе?

Повисло немного неловкое молчание.

- Нет, но я знаю несколько сносных круглосуточных магазинов с кофе-машинами, Лола, - хмыкнул самодовольно Джеймс.

Женщина обиженно поджала губы.

- Наверняка в этих магазинах еще и разливное пиво приобрести можно, - уязвленно выдавила она.

Тишина, прерываемая шумом микроволновки, продлилась недолго. Первой еле слышно засмеялась Джейн, неловко выронив тесак на пол, и уже после, в голос, заржал Вега. Все-таки своим замечанием она попала в точку – холодное пиво там, и правда, продавали.

***

- Коммандер, - Джеймс привычно отдал честь и настолько же привычно привалился к косяку около входной двери.

Шепард не подняла даже головы, лишь как-то сильнее запыхтела, отжимаясь, стоя на кулаках, в небольшом, но довольно широком коридоре. Достаточно пространства в скромной и единственной комнате для тренировок и упражнений не было, все место занимал в теории раскладывающийся диван, небольшой столик, головизор и куча раскиданных вещей: от одежды до разобранного автомата и дробовика на коврике (их женщина по вечерам порою собирала на манер паззла). Иногда Вега удивлялся, как вообще за этой женщиной шли на смерть, и как она могла сама идти в самое пекло, не раздумывая. Разглядеть в ней уверенного командира, пожертвовавшего большей частью своих подчиненных ради выполнения задания, получалось слишком редко. Иногда Джейн выдавали слишком собранные движения, иногда поджатые губы или привычка заворачиваться в одеяло, словно гусеница в кокон. Шепард, правда, потом вовсе не превращалась в прекрасную бабочку, но посоревноваться в жизнерадостности с Морфо (*вид экзотической бабочки) вполне бы сумела. Порою Джеймс видел в ней родную душу. Такую, которая настолько привыкла изображать счастье и безмятежность, что и сама в них поверила.

- Вега. Стул, - отрывисто выдавила женщина, утирая со лба выступивший пот.

- И? – лейтенант недоуменно покосился на какое-то несуразное, красно-черное сиденье и, в целом, хлипкую конструкцию.

Шепард удивленно нахмурилась, сложив руки на груди.

- Это – стул, - утвердительно повторила она, кивнув в сторону предмета мебели.

Джеймс почувствовал себя идиотом.

- Я знаю. И я даже знаю, для чего он нужен, Коммандер, - выдавил он, не мигая, уставившись на женщину.

- Так садись. Надоел уже. Стоишь все время, как статуя, и нервируешь. Заявил бы еще, что калибруешь, я бы точно уверовала, что у тебя в заднице палка, - пробурчала Шепард, резко отвернувшись.

Через пару мгновений Джейн уже скрылась за кухонной дверью, а Вега смотрел на стул с нескрываемым сожалением. Пожалуй, стоит ему только присесть, как он развалится на свои составляющие, а обивка на сиденье пойдет по швам.

- Ну что, кажется, нас уже познакомили и свели на веки вечные, друг мой, - с горечью вздохнул Джеймс.

***

После подушек, стульев и основ кулинарии Вега окончательно убедился, что Шепард действительно могла бы спасти Галактику. Дело было даже не в том, что она абсолютно не умела готовить, убирать, не разбив при этом пару чашек и тарелок, и танцевать. Просто Джейн с таким упорством изображала, что все это сможет сделать... В общем, Джеймс даже не сомневался – если с этим не справится Коммандер, то и стадо кибер-баранов окажется бессильным. Тем более что все политики, по его мнению, именно ими и являлись на самом деле, хотя и очень умело притворялись людьми, турианцами и азари.

- Слушай, Аленко, а ты умеешь варить кофе? – поинтересовался как-то Вега, отловив майора рядом с мостиком.

После знакомства с СУЗИ он выглядел обалдевшим и, казалось, странному вопросу даже не удивился, лишь утвердительно кивнул.

- Вот и хорошо. Иди и свари.

- Зачем? – Кайден все же заторможенно удивился.

- Как зачем? Натянешь на рожу самую обаятельную гримасу и пойдешь исполнять желания Шепард.

Майору хватило ума не спрашивать, откуда о желаниях Джеймс вообще знает, и просто ушел.

- А что за желания-то? – пытаясь сдержать смех, поинтересовался Джокер.

- Да говорила она мне как-то о том, что мужика хочет...

Пилот заржал в голос.

А через десять минут, красная, как рак, пришла Шепард с дробовиком наперевес. К счастью Веги, оружие оказалось нерабочим, и коммандер вообще изначально направлялась к Гаррусу, но отлупить его им это нисколько не помешало.

- В следующий раз я раздобуду стул, - пообещала Джейн, остервенело потирая раздраженную кожу на шее.

На форме Альянса красовалось живописное, коричневое пятно.

ficbook.net

Коммандер Шепард — фанфик по фэндому «Mass Effect»

Шепард сидит с Лиарой в лаборатории и разглядывает пробирки. Кайден знает, что Шепард не разбирается в биологии. Ей просто нравится цвет реагентов и тихий гул двигателей. Она говорит, что так отдыхает.

Кайден видит их в приоткрытую дверь, но заговаривает с доктором Чаквас. Он спрашивает о таблетках от головы.

Шепард подпирает щеку кулаком и слушает Лиару, которая робко касается ее плеча и предлагает посмотреть в микроскоп. Кайден смотрит на Чаквас, но не видит ее. Размытая периферическая Шепард ярче доктора, он не хочет на нее смотреть, но все равно смотрит.

— И, что, эти протеанские образцы, они очень древние? — спрашивает Шепард.

— Да, коммандер, — кивает Лиара. — Они насчитывают несколько... несколько... позвольте, я уточню, — она близоруко наклоняется к датападу. Шепард облокачивается на спинку стула и смотрит на Лиару из-под полуприкрытых век.

Кайден встречает Шепард тем же вечером у шкафчиков. Она перекладывает свои вещи в коробку и собирается нести их в капитанскую каюту. Кайден зачем-то вызывается ей помочь.

— Руки у меня пока не отвалились, — отвечает Шепард и поднимает коробку с пола. — Но если тебе совсем нечем заняться, вызови мне лифт.

Кайден чувствует, что нравится Эшли. Эшли немного похожа на Шепард, но она не такая самоуверенная. Оптимизм Шепард... как бы это помягче... заставляет немного сомневаться в ее умственных способностях. Кайден мало видел умных и счастливых людей. Ум и счастье — понятия взаимоисключающие.

— Ты какой-то мрачный, — говорит Шепард, читая газету с голопада. — Попроси у Чаквас проколоть тебе курс антидепрессантов.

— Спасибо за совет, мэм, — отвечает Кайден, безуспешно пытаясь вытравить раздражение из голоса. — А вы очень оптимистичны, хотя посол Удина...

— Удина-мудина, — ворчит Шепард, отхлебывая кофе. — Зря злишься, лейтенант. С таким боевым духом однажды мы тебя недосчитаемся на высадке. А я о потерях среди личного состава рапорты составлять не хочу, долго это и муторно.

— При всем уважении, мэм... — начинает Кайден.

— Я читала твое досье, — перебивает его Шепард. — Тебе лечиться надо, а не на миссии «выбрасываться». Будь моя воля, я бы тебя в СПЕКТРы не рекомендовала. Ты ведь слышал о Торфане, Аленко?

Кайден кивает. От мигрени ломит зубы, словно он хватил через край ледяной газировки.

— Все о нем слышали, — соглашается Шепард. — Когда с тобой случается Торфан, Аленко, ты не то что радоваться жизни перестаешь — ты жить перестаешь. Но если уж после Торфана находишь в себе силы жить, то не радоваться тебя уже никто не заставит. Ты такой мрачный потому, что думаешь, что хуже некуда. Но это только потому, что ты еще не прошел свой Торфан.

— Рассказать вам... о Нулевом Скачке? — спрашивает Кайден.

— Ну расскажи, — Шепард смотрит на хроно. — Только давай коротенько, меня в рубке ждут.

Кайден чувствует себя глупо, когда Шепард дослушивает и молча уходит. Ему кажется, что он наговорил лишнего и хочется есть, но он останавливает себя. Кайден только что поужинал и на самом деле не голоден. Биотики всегда сжигают больше, чем успевают набрать, но он напоминает себе, что компульсивное переедание — это запись в личном деле.

Кайден надеется, что Шепард забудет об этом разговоре, но она не забывает.

— Эта твоя девочка, Райна, — начинает Шепард, когда они снова остаются наедине в офицерской. — Ты ее любил?

— Думал, что да, — сухо отвечает Кайден. — Что думала она — этого я уже никогда не узнаю.

— Я тоже была влюблена... однажды, — мечтательно говорит Шепард, выключив датапад. Кайден молчит, ему кажется, что коммандер шутит и сейчас скажет «а потом его размазало по всему фюзеляжу».

— Что? — Шепард замечает, как вытягивается лицо Кайдена. — Считаешь, что такая стерва как я и влюбиться не может?

— Нет, я ничего такого... — отпирается Кайден, но под ее насмешливым взглядом неуклюже соглашается:

— Просто сложно представить.

— Даже такая стерва, как я, может однажды влюбиться, — хмыкает Шепард. — Я тебе о нем расскажу.

Она опирается локтем о стол и смотрит на Кайдена прозрачными зелеными глазами.

— Звали его Мартин, — Шепард улыбается всем лицом, погружаясь в воспоминания. — Он был с колоний в системах Термина, альбинос. Там многие у кого родители на шахтах работали, альбиносили потом... Высокий, красивый, но жуткий, как привидение, а глаза розовые, как у кролика. Спокойный. Улыбался часто, вот это была бледная улыбка, я тебе скажу: весь белый, зубы белые, волосы белые и даже десны бледные, но это для его типа разрушения пигмента — норма. Кожа у него была такая тонкая, такая прозрачная, что вены под ней так и светились, везде — не запястьях, на веках, на висках и бедрах, на щиколотках... о бедрах и щиколотках я потом узнала, конечно, — добавляет она.

— Он был медиком в моем отряде. И отличным медиком. Иногда даже без меди-геля обходился, — продолжает Шепард, — вывихи вправлял голыми руками, носы, когда сломался ручной сканер, вырезал шрапнель из живота на глаз, представляешь, лейтенант, на глаз, посмотрел и вырезал, да как точно... Были у него какие-то биотические способности, конечно, — добавляет Шепард задумчиво. — Только вот слабенькие, а родители еще и сделали все, чтобы их скрыть. Сам знаешь, тогда биотические имплантаты прототипные в основном были, опасные. Такой вот у меня был медик.

Шепард чешет подбородок и замолкает.

— Что с ним случилось потом? — спрашивает Кайден.

— С Мартином? — прохладно откликается Шепард. — О, он остался на Торфане. Как и весь мой отряд, собственно. — Она встает из-за стола и треплет Кайдена по плечу перед тем, как уйти:

— У меня больше причин чувствовать себя чудовищем, чем у тебя, Аленко. Соберись, солдат. У нас еще много работы.

Эшли удивляется, что Кайден ее избегает. Кайден старается мягко дать ей понять, что близкое общение может повредить их общему делу. Эшли фыркает, что никакого «близкого общения» не было, он сам себе что-то напридумывал, а теперь еще и ее в это втягивает. Хотя она старается говорить спокойно, Кайден понимает, что сплоховал. Ни о какой работе в команде для него и Эшли в ближайшие месяцы речи быть не может.

Теперь Кайден совсем один. Он так и не завел на «Нормандии» друзей, но утешает себя тем, что так даже профессиональнее. Меньше привязанностей, меньше сложностей. В конце концов, на работу приходят работать, особенно — на такую работу, со СПЕКТРом. Наверняка не все из них вернутся в порт приписки. Иногда Кайдену снится, что он оказывается одним из них...

Шепард все еще захаживает в лабораторию к Лиаре. Кайден помнит, что это не его дело. Головная боль почти не проходит, вдобавок ему начинает сниться Райна. Он всерьез думает о том, чтобы уволиться из ВКС Альянса и пожить некоторое время с родителями. Он не готов к Вермайру, но к Вермайру не готов никто. Особенно к решению, которое принимает Шепард.

— Почему я? — спрашивает Кайден как только видит ее. Его разбитый висок и скула покрыты тонким слоем медигеля.

— Решения старших офицеров не обсуждаются, лейтенант, — необычайно сухо отвечает Шепард. — Радуйся, что жив.

— Эшли лучший солдат, чем я, — не отстает Кайден. — Она командный игрок и готовый капитан, вы сами говорили.

— Эшли — настоящий солдат, она сдерживала гетов так долго, как только могла, — чеканит Шепард. — Я подам рапорт о том, чтобы ее представили к награде, посмертно. А ты бы уже на второй минуте решил, что пора умереть героем и взорвал бы себя и весь отряд. Вот мой тебе совет, Аленко: увольняйся из Альянса и ищи смерти где-нибудь в другом месте.

— Я не ищу смерти, — рявкает Кайден. Осветительные пластины мигают, гудят медицинские приборы, скачок напряжения заставляет фонить корабельное радио. Хрустальный стакан, в котором Чаквас держит стилосы, звякает и проходит сетью тонких трещинок. У Кайдена во рту — привкус озона. Его биотика искрит, как неисправная проводка, но он понимает это не сразу.

— Коммандер... — биотика, вспыхнув, гаснет. Кайден плюхается на койку, мокрый, как мышь. Иногда это случается со всеми биотиками, он — тренированный боец и не потерял бы контроль, но все равно немного напуган. Потеря контроля над биотическими способностями — это навязчивая идея, вызванная потрясением от инцидента с Вирнусом. То, что случилось на Нулевом Скачке, было несчастным случаем. И это больше не повторится никогда.

— Аленко, — Шепард вздыхает. — Ты не подходишь для этой работы, слишком чувствительный. Но ты хороший парень и я не хочу, чтобы однажды ты все-таки самоубился на каком-нибудь задании. Особенно в мою смену.

— В Альянсе так не думают, — упрямо говорит Кайден. — А если бы думали, меня бы здесь не было.

— В чем дело? — Чаквас выглядывает из-за плеча Шепард. — Аленко, кто вам разрешил вставать? Немедленно вернитесь под сканер, мы еще не закончили.

Чаквас сканирует его долго, сорок минут, полтора часа? Кайдену кажется, что проходит все двадцать четыре. В конце Чаквас колет ему снотворное и говорит лечь на койку у дверей лаборатории. После снотворного Кайден тяжело просыпается и не сразу вспоминает, что он в медблоке. В лаборатории за тонкой перегородкой плачет Лиара. Кайден думает, что она одна, но слышит голос Шепард:

— Не извиняйся, дело не в тебе, а во мне. Наверное, я просто не создана для отношений.

— Когда я касаюсь вашего сознания... случайно, коммандер, это происходит само собой...

— Я тебе верю, не оправдывайся.

— Извините...

— Да не извиняйся ты, ты ни в чем не виновата! Это мне нужно извиняться.

— За что вам извиняться? За то, что не можете забыть одного и разлюбить второго?

Лиара почти кричит и Кайден садится, ища ботинки. Он торопится и сбивает локтем инъектор, лежащий на столике рядом с койкой. Инъектор прыгает по полу и грохочет, как марш молотильщиков.

Шепард выскакивает из лаборатории и смотрит на Кайдена со злостью. Он не успевает ничего сказать в свое оправдание — что только что проснулся и не собирался подслушивать, так вышло, — как она с грохотом захлопывает дверь.

Шепард держится нейтрально, но с Кайденом больше не заговаривает. Лиару он не видит даже мельком, она запирает дверь лаборатории, когда работает. На зачистке батарианской базы Кайден хорошо срабатывает в паре с кроганом, кроган сам говорит ему об этом. Кайден узнает его имя — Рекс — и что до генофага он был тучанским генералом. Когда шаттл забирает их обратно на «Нормандию», Рекс рассказывает ему о броне своих предков.

Кайден ловит себя на мысли, что они могли бы сработаться: и с Рексом, и с другими. Ему казалось, что все вокруг думают, что смерть Эшли — его вина, но, похоже, так не считает никто, кроме него. Турианец Гаррус говорит, что это было сложное решение, но коммандер в них сильна, в сложных решениях. Совет все еще им не верит, но Шепард находит все больше и больше доказательств угрозы со стороны Жнецов. Миссия «Нормандии» больше не кажется Кайдену похожей на бредовый сон. Они делают что-то настолько важное, что, похоже, об этом напишут в учебниках истории. Кайден неожиданно ощущает себя крохотной, но важной частичкой большого общего дела. Он больше не заперт у себя в голове. Он не один.

Все заканчивается так же неожиданно, как и началось. «Нормандию» конфискуют, посол Удина заявляет, что Шепард превысила полномочия СПЕКТРа, расследование против Сарена прекращено. Все улики изъяты и помещены в хранилище Цитадели. Труд Лиары, жертва Эшли, работа многих месяцев — все напрасно.

Кайден возвращается на «Нормандию» за вещами. Турианские охранники пропускают его, но говорят, что он может зайти и вернуться всего один раз. Ему неприятно видеть, как двигаются их жвалы. Вирнус первым познакомил его с турианской надменностью, Кайден думал, что Гаррус не единственный «не такой» турианец, но понимает, что ошибся.

Джокер в последний раз тестирует связь, Шепард сидит на полу у шкафчиков и смотрит в стену.

— Видимо, это все, Аленко, — говорит она. Кайдену приходится переступить через ее ноги, чтобы подойти к своему шкафчику, но он не торопится его открывать.

— А по-моему нет, — неожиданно для себя возражает Кайден.

— Да ладно, — Шепард смотрит на него снизу вверх, а кажется что сверху вниз. — Вот я, коммандер Шепард, отважная спасительница Галактики, героиня Торфана, сижу на палубе отнятого у меня корабля. Всегда есть куда хуже? Вот прямо сейчас хуже быть не может.

— Когда я убил Вирнуса, я думал, что меня казнят на электрическом стуле, — Кайден позвякивает ключом от шкафчика. — А когда я потерял еще и Райну, мне казалось, что хуже быть не может.

Шепард запустила пальцы в волосы:

— Журналисты долго меня трепали, называли торфанским мясником, но к награде все-таки представили. Я не хотела ее принимать, но пришлось, чтобы не было скандала. Я думала, что меня посадят, а меня наградили. Многие потом решили, что я легко отделалась. Только вот мне от этого не легче.

— Да, — помолчав, соглашается Кайден. — Ничуть не легче. Психолог сказал, что я должен себя простить, тогда все сдвинется с места. А я не могу.

— Вот и я не могу, — глухо отвечает Шепард. — Я решила для себя, что если Торфан дал мне награды и СПЕКТРа, я должна что-то сделать взамен. Но у меня ничего не вышло.

— Я думаю, — твердо начинает Кайден, — что мы не должны сидеть сложа руки. В отличие от «Нормандии» мы пока не под арестом и у нас есть выбор: сдаться или бороться дальше. Не очень большой, но уж какой есть.

— Отличная мысль, — хвалит его Шепард, поднимая голову. — Но, знаешь, для нее уже немного поздновато. Как и для борьбы.

— А по-моему нет, — возражает Кайден и протягивает Шепард руку. — Вставайте, коммандер. Это не может закончиться вот так. И, помяните мое слово, не закончится.

— Почему это? — Шепард не берет его ладонь.

— Это было бы слишком легко, — объясняет он. Кайдену кажется, что она и не возьмет, встанет сама, но она все-таки хватается. Он поднимает Шепард с палубы и она вдруг оказывается недопустимо близко, так, как коммандер к лейтенанту не должен стоять никогда.

— Возможно, — соглашается Шепард, пожевав губами. Она кладет Кайдену руку на плечи и расправляет воротничок его форменной куртки. Они дышат в унисон, и с каждым вдохом Кайден хочет вдохнуть больше Шепард, а Шепард — больше Кайдена.

— Коммандер, капитан Андерсон на связи, — Кайден слышит голос Джокера и открывает глаза.

ficbook.net

Ссоры — фанфик по фэндому «Mass Effect»

Шепард не относился к жизни серьезно. В его положении это было бы смертельным. Поэтому он просто срывал удовольствия, когда ему представлялась такая возможность, а когда наступала черная полоса, терпеливо пережидал ее. Его жизнь была совсем неплохой. Если следовать правилу «бери все, что можешь получить» и с юмором относиться к некоторым особенностям своего необычного переполненного событиями существования, можно было пережить любые неприятности.

Именно поэтому он беззаботно отмечал свой день рождения уже на 3-ий день после смерти Кайдена. Поэтому при встрече с Мирандой он первым делом поинтересовался, сколько стоит провести с ней ночь, вместо того, чтобы узнать какого черта он понадобился Церберу. Поэтому на Горизонте он весело ответил на идиотские упреки Эшли: «ты лживая дрянь, и провести с тобой ночь было худшей идеей в моей жизни».

Хотя – с сожалением подумал Шепард, - этот ответ был не слишком-то веселым.

Ладно, возможно, однажды он все-таки сорвался. Но на то была уважительная причина. Он, черт возьми, любил Эшли, или думал, что любит.

Главное, что теперь она снова была рядом с ним. Смотрела на него преданными глазами, служила на его корабле, и они снова летали под флагом Альянса. Все было по-прежнему.

Хотя, вообще-то, на самом деле все было по-другому.

Эшли повзрослела на три года, он, судя по ощущениям, - лет на двести. Шепард старался не относиться к жизни серьезно, но вчера он обнаружил у себя седой волос – плохой признак, если учитывать, что Цербер хорошенько усовершенствовал его генетику.

Сейчас он сидел в баре, потягивая стакан ринкола. Пойло обладало воистину ужасным вкусом, но, в отличие от всего остального, действительно помогало забыться, продираясь даже через его усовершенствованные гены.

- Эй, - Гаррус подошел сзади и положил свою трехпалую руку на плечо коммандера, - не спится?Шепард тут же натянул свою рабочую ухмылку.- В чем дело, Вакариан? – спросил он язвительно, - уже закончил калибровать свою штучку?Мандибулы турианца удивленно разошлись:- Откуда ты?.. Постой, ты говоришь о пушке, верно?- А ты подумал о чем-то другом?- Я… нет, именно о пушке, о чем еще?Шепард нахмурился, но не стал продолжать развивать эту тему. Он был слишком пьян для допроса с пристрастием, возможно завтра…- Знаешь, - продолжил Гаррус, когда убедился, что инцидент исчерпан, - Эшли, похоже, действительно раскаивается в том, что было… ну на Горизонте.- Правда? – в голосе Шепарда слышалась легкая усмешка, - она сама тебе об этом сказала?- В том то и дело, что сама, - подтвердил Гаррус, - это довольно странно, учитывая ее отношение к турианцам. Она говорит, что до сих пор испытывает к тебе сильные чувства.

Шепард нахмурился еще сильнее. Он начал мысленно прикидывать, что такого Уильямс пообещала Гаррусу, за то, что тот заведет с коммандером подобный разговор. Потому что сам Вакариан вряд ли решился бы сунуть нос в их личные дела. Но вместо того, чтобы спрашивать об этом Шепард недовольно буркнул:

- Отлично. В таком случае, она может поцеловать меня в задницу... Хотя, - добавил он с усмешкой, - как факт, она уже делала это 3 года назад. Он качнул стакан в сторону Гарруса, будто бы чокаясь с невидимым собутыльником, и произнес:- За Эшли, и всех остальных сержантов, которые влюбились в меня после одной совместной ночи. А их было… дай-ка подумать…Шепард задумчиво принялся загибать пальцы.- Девять или что-то вроде того, - сказал он, наконец, - хотя, как думаешь, Лоусон считается?Вакариан неодобрительно покачал головой.- Что? – хмурясь, спросил коммандер, - возможно, Эшли мне нравилась. Возможно, я даже думал, что люблю ее. Но, Гаррус, - он бросил строгий взгляд на Вакариана, и тот отметил про себя, что Шепард в эту секунду выглядит трезво, - я НЕ ЛЮБЛЮ ее. Но гораздо важнее, что она не любит меня. Вот ты, - он вновь вернулся к созерцанию ринкола, - почему присоединился ко мне, несмотря на то, что я работаю с Цербером? - Эй, - усмехнулся Вакариан, - я не присоединялся. Я просто грохнулся в обморок, а когда очнулся, ты уже приписал меня к своей шайке-веселых-спасителей-галактики-Шепарда.- Я серьезно.

Вакариан пожал плечами.

- Потому что ты был единственным, кто смог бы вытащить нас из всего этого жнецовского дерьма.- Ты ведь верил в то, что я смогу?- Черт, ну, конечно же, верил.- А она нет… Я просто хочу сказать, что любовь подразумевает доверие, ведь так? Черт, я ведь не просил ее присоединяться ко мне.- Вообще-то просил…-… Я не об этом. Я имею в виду, что не сделал ей ничего плохого. Так что она могла вести себя чуточку повежливее. Что-то наподобие: «Привет Шепард. Рада, что ты жив. Давай-ка выпьем чашечку кофе, и ты мне все расскажешь». Чашечку кофе! Черт, неужто, я так много прошу?

- Никто не зовет покойников на чашечку кофе, - раздался за спиной Шепарда до боли знакомый голос. Он слегка повернул голову, хотя уже наверняка знал, кого там увидит. Сержант – майор – поправил себя Шепард – майор Уильямс стояла перед ним, облокотившись спиной на дверной проем. Ее руки были сложены на груди, волосы слегка влажные после душа, загорелая кожа ее лица еле заметно покраснела, и все же этого было достаточно, чтобы Шепард взглянул на девушку с интересом. Все-таки, он вынужден был признать, что за эти годы Эшли сильно изменилась.

При их первой встрече Уильямс была… солдатом. Она собирала волосы в высокий пучок, не использовала косметику и носила исключительно военную одежду Альянса. Но она была солдатом не только поэтому. В первую очередь ее делало солдатом непрерывное следование уставу. Шепард мог вспомнить только один случай, когда она решилась его нарушить. Это было в ночь перед Илосом, и это было исключительно ради него.

Но в итоге – подумал он с сожалением – она не была способна сделать это дважды. При их встрече на Горизонте Эшли была «солдатом» даже больше, чем во время погони за Сареном. Ее слепая вера Альянсу вместо попыток подумать своей головой, в итоге решила исход их с Шепардом отношений. И если теперь она надеялась исправить это с помощью Гарруса, то она сильно ошибалась.

- Особенно, - добавила Эшли, устремив взгляд точно на Шепарда, - если этот покойник бросает тебя на два года, а потом возвращается в компании террористов.Шепард обреченно закатил глаза. Каждый раз их разговор возвращался в одно и то же русло. Каждый раз они повторяли одни и те же слова: «Ты меня бросил…», «Я не виноват. Я был в коме…», «Это не оправдание!». На этом Шепард сдавался. С каких это пор кома не является уважительной причиной?! – думал он. Даже, несмотря на все свои усилия, он так и не смог понять этой знаменитой женской логики.

Так что вместо того, чтобы затевать свой обычный спор, Шепард сделал еще один глоток ринкола.

- Знаешь, - ткнул он пальцем в направлении Уильямс, - ты очень придирчива, ты знаешь об этом? Сначала тебя не устраивала моя щетина, потом тот факт, что я работаю с террористами. Что дальше, Эшли? Начнешь выбирать за меня одежду?- Господи, - выдохнула она обреченно, - почему с тобой невозможно разговаривать серьезно?- Потому что я пьян, - улыбнулся Шепард, он развернулся к Гаррусу и вновь качнул стакан в его сторону, - за нашу предстоящую победу, дружище, - сказав это, коммандер опустошил свой стакан до дна.Эшли оторвалась от стены, подошла к бару и налила себе немного текилы. - Я правда не могу понять Шепард, - сказала она, доставая из ящика ломтик лимона, - почему я все еще…- …хочешь меня?- …разговариваю с тобой. Ты упрямый самодовольный ублюдок.

Она разом проглотила порцию текилы и закусила ее лимоном.

- И тем не менее ты попросила Гарруса поговорить со мной, - заявил Шепард с усмешкой.- Потому что я, в отличие от тебя, не люблю цепляться за прошлые обиды.- Ты сказала ему, что все еще испытываешь ко мне сильные чувства, - приподнял он бровь.- Сказала, - согласилась Эшли, - мне просто было интересно, в достаточной ли степени ты стал подонком, чтобы насмехаться даже над этим.- И..?- В достаточной, - выдохнула она, - знаешь Шепард. Я правда не понимаю, как могла поверить, что ты хороший парень. - А я не могу поверить, что думал, будто бы ты достаточно привлекательна. Знаешь, я ведь немало выпил перед Илосом…

Гаррус обреченно выдохнул.

- Достаточно, - сказал он, поднимаясь из-за барной стойки, - разбирайтесь с этим сами.

Он недовольно покачал головой и вышел из бара.Шепард и Эшли остались наедине.

- Выходит, - злобно бросила она, - я недостаточно хороша для тебя, герой галактики?Шепард налил себе очередной стакан.- Выходит недостаточно, - сказал он равнодушно.- Даже так? – Эшли слегка приподняла футболку, обнажая перед Шепардом свой живот.Коммандер нервно сглотнул, приказывая своему взгляду сосредоточиться на чем-то другом.- Даже так, - ответил он немного хрипло.Эшли злорадно улыбнулась.- А если вот так, - продолжила она, снимая футболку полностью. Теперь его взору открылась ее небольшая упругая грудь, аккуратно запечатанная в военный бюстгальтер.

Шепард нервно проглотил ринкол:- Так особенно, - выдавил он из себя.Улыбка Эшли стала еще шире. Она взяла его руку за запястье и медленно потянула ее под резинку своих штанов.- А теперь, - прошептала она томно. Ее лицо приблизилось к нему вплотную. Еле влажные волосы приятно щекотали его плечи. Адамово яблоко Шепарда поднялось и снова опустилось. Он чувствовал ее дыхание на своей щеке. Он попытался сказать: «И так тоже», но вместо этого впился в нее своими губами.

Правая рука Шепарда схватила Эшли за волосы. Его левая рука обхватила ее талию. Девушка издала протяжный выдох, опускаясь спиной на барную стойку. Рукой она смахнула пустой бокал из под текилы. Тот вдребезги разбился. Но Шепард уже не слышал этого. Он сосредоточился на ее дыхании, на ее слегка покрасневшей после душа коже, на ее влажных волосах и на ее губах, которые теперь нежно ласкали его шею.

Шепард чувствовал биение собственного сердца. Он задыхался от каждого ее прикосновения. Его кожа горела, а пульс отдавался в висках. Ему казалось, будто все это бред. Будто он в агонии от ударившего в голову ринкола.Отстраненно он подумал, что все дело было в биении его сердца. Оно было таким сильным, только во время горячих сражений, когда адреналин выплескивался в его кровь в неимоверных количествах. И таким же оно было теперь, когда Эшли находилась рядом с ним так близко.

И все же – осознал Шепард, несмотря ни на что, то биение сердца, которое он испытывал рядом с ней, было совершенно особенным. Оно не было сопряжено с риском погибнуть или потерять товарищей. Оно было приятным и безопасным.И еще, - понял Шепард, - оно полностью совпадало с биением ее сердца.

- А теперь, - спросила Эшли, задыхаясь, - я все еще недостаточно хороша для вас, коммандер?Он остановился, позволяя себе короткую передышку:- Думаю, - сказал Шепард, улыбнувшись, - мы сможем обсудить этот вопрос в моей каюте.Эшли улыбнулась в ответ.- А знаешь, - знойно проговорила она, - в ту ночь перед Илосом, все тоже началось с нашей ссоры.

ficbook.net

Будни семейные — фанфик по фэндому «Mass Effect»

Если честно, Явик мог бы и не работать, а жить лишь на одних интервью со своим участием — интерес к последнему протеанину никак не желал угасать.

— Ты сам даешь повод для сплетен, — хмыкает Шепард, в очередной раз прячась от журналистов у четы ТʼСони в квартире — официальной квартире на восстановленной в рекордные сроки Цитадели и защищенной чуть ли не сильней Базы Серого Посредника — и оккупировав диван в гостиной. — Сначала ты женился на азари.

— Ты женила меня на азари и провела все нужные документы, — складывая руки на груди, поправляет Явик.

— Ты не сильно возражал! — фыркает Джейн и отхлебывает кофе, который привез робот-столик.

— Но и согласия не давал, — важно продолжает отстаивать свою точку зрения протеанин.

— В общем, ты женат, — хмыкает Шепард. — Это же сенсация — последний протеанин женится на докторе археологии, что специализировалась на протеанах. И происходит это во время атаки Жнецов. Они живут на одном корабле, входят в мою команду, противостоят вместе всевозможным опасностям… Кстати, помнишь тот ваш трюк со слиянием биотики, когда мы отбивали Цитадель у Цербера?

— Да, — кивает Явик. — Не ожидал, что получится, но вышло даже лучше, чем я мог предположить.

— Вас засняли, — улыбается хищно Шепард. — И недавно выпустили плакаты с этим моментом. Можешь судиться. Аленко — уже.

— Ты не судишься, — напоминает Явик.

— По некоторым документам я до сих пор мертва! — фыркает Джейн и откидывается на спинку дивана. — Так вот, ваши отношения признаны чуть ли не самыми романтичными во всей Галактике, благодаря репортажам той же Аллерс. Не надейся, что все просто так забудут о тебе.

Явик что-то невнятно бормочет о примитивных и чрезмерно любопытных созданиях, что живут в этом ужасном и бесконечно отсталом цикле. Джейн мирно пьет кофе и списывается с Гаррусом, который обещает вот-вот прилететь и забрать ее куда-нибудь на пляж, где не будет ни одного разумного в радиусе целой солнечной системы.

Задумчивая и чему-то тихо улыбающаяся Лиара проходит в гостиную, садится на диван рядом с Шепард, набирает на столике команду, чтобы он доставил еще одну чашку кофе и с интересом смотрит на Явика. Тот поначалу невозмутим. Поначалу.

— Я что-то пропустила? — уточняет Джейн, прихлебывая кофе.

— Ты знаешь, что мой реликтовый, — ТʼСони пытается не улыбаться, но выходит это у нее плохо, — супруг устроился на работу?

— СУЗИ что-то такое говорила, — соглашается Джейн. — Когда они с Джокером проверяли работоспособность Нормандии и подбрасывали меня на Цитадель.

— Так вот, — вздыхает умиленно Лиара, — мне сейчас написал его начальник. Он саларианец, к слову.

— О, — выдыхает Джейн и горящими глазами смотрит на явно осознавшего о чем был разговор, а потому готовящегося к вербальной обороне последнего протеанина. — И что ты сделал?

— Всего-лишь напомнил, что в мой цикл его печень была одним из самых изысканных деликатесов, — важно сообщает Явик и уточняет у Лиары: — Я уволен?

— Нет, — смеется та. — Но Малоу договорился о поставках искусственно выращенной саларианской печени. Для тебя. Ничего не хочешь сказать?

— Наконец-то прием пищи будет более питательным и традиционным, — важно выдает Явик, и Шепард прыскает в чашку с кофе.

— А потом журналисты напишут, что ты ешь саларианцев на завтрак, обед и ужин, — вздыхает Лиара, качая головой.

— Может тогда они перестанут ко мне лезть, — ворчит последний протеанин, вздыхает и идет звонить своему начальнику, как оповещает их позже датпад Лиары.

— Думаешь, они отстанут от Явика, когда ты сольешь эту информацию в экстранет? — уточняет Джейн, прихлебывая кофе.

— Если бы, — вздыхает Лиара. — В прошлый раз, когда он при журналистах сказал, что ханары неплохи под кислым соусом, мне поступило пять оповещения о том, что несколько ханнаров завещало свое тело Явику.

— Психи бывают, — меланхолично комментирует Джейн. — Так что? Будешь заметать следы?

— Придется, — вздыхает доктор ТʼСони. — Слушай, может, заберешь этот реликт? Куда ты там собралась?..

— Не скажу, — довольно улыбается Джейн. — Я не собираюсь портить себе долгожданный медовый месяц общением с последним протеанином. И да, ты не боишься, что в сети сразу появятся статьи о том, что коммандер Шепард увела у своей подруги мужа?

— После того, как какой-то идиот написал, что мы приносим дреллов в жертву во славу Жнецов, надеясь воскресить протеан? — хмыкает Лиара.

Джейн глубокомысленно кивает, допивает кофе и уточняет:

— А почему дреллов?

— Если бы я знала, — вздыхает ТʼСони и уточняет: — Так что, точно не заберешь?

Шепард смотрит на подругу, подбирая максимально корректный ответ, когда в комнату входит сияющий Явик. Он садится в кресло, кладет ногу на ногу и сообщает почти радостно:

— Меня уволили.

Лиара вздыхает, поднимает глаза к потолку и спрашивает:

— И почему я не удивлена?

— Знаешь, — смотрит на нее Джейн. — Я тут подумала… Планета большая… Пляжей много… Может, поедешь с нами? Тебе бы не помешал отдых.

— А он? — кивает на Явика Лиара.

— Ты думаешь, что мне, прошедшему испытание Жнецами и командой Шепард, может что-то угрожать? — возмущенно смотрит на нее протеанин с типично-протеанским, видимо, презрением. — Я в состоянии позаботиться о себе.

— Поехали, — соблазняет Джейн. — Белый песок, теплое море, непуганая и съедобная живность… и никого…

— Я через неделю на стенку полезу, — вздыхает Лиара. — Слишком привыкла к работе Серого Посредника.

И сонно хлопает глазами. Джейн с подозрением смотрит на протеанина. Тот касается руки супруги, удовлетворенно кивает и уточняет:

— Когда прибудет твой турианец? Не думаю, что добавленное мною снотворное будет действовать больше суток.

— Ты ее не отравил случайно? — уточняет Джейн осторожно.

— Нет, мне она полезней живой, — хмыкает протеанин. — Но я от нее устал. Забирай. Через месяц вернешь. Серым Посредником пока поработает тот дрелл.

— Лиара тебя убьет, — сообщает Шепард уверенно.

— Нет, она сначала дождется, когда саларианцы поймут, что именно им мешает создать функционирующего клона из моей ДНК, — хмыкает Явик. — Так что моя жизнь вне угрозы. И ты всегда можешь сказать, что отбила ее у меня, когда я пытался отрезать ее щупальца, чтобы поджарить их.

И протеанин улыбается так кровожадно, что Шепард вздрагивает, а потом смеется.

— Ладно, пожиратель разумных существ! — фыркает она. — Забираю Лиару. Развлекайся.

— Будь уверена, — довольно отзывается реликт исчезнувшей расы.

Через месяц отдохнувшая Лиара получает доступ к экстранету, вздыхает, поспешно возвращается на Цитадель и спрашивает у отряда СБЦ, который к этому времени умудрился скрутить ее супруга:

— Ну что? Похоже, что он меня расчленил и съел?

Явик довольно скалится. Лиара вздыхает и идет в СБЦ, чтобы подтвердить, что она жива. Слухи продолжают ходить.

ficbook.net


Смотрите также